[Артём]

alekseymoon, а что такое Бог? Что значит быть обращённым к Богу? И чем это лучше того, чтобы таковым не быть?

[Gellemar]

Артём, он таких вопросов уже шаг до сатанизма (говорю как сатанист)

[alekseymoon]

alekseymoon, а что такое Бог? Что значит быть обращённым к Богу?

Бог создатель всего сущего, а мы его создания. Это независимо от того обращены мы к Нему или нет. А быть обращенным к Богу, это понимать, что он создатель.

[alekseymoon]

Артём, он таких вопросов уже шаг до сатанизма (говорю как сатанист)

Ответив на эти вопросы человек достигает благости. Поэтому нормальный человек, как раз ищет ответы на эти вопросы, и далеко не одно воплощение.

[Артём]

Бог создатель всего сущего, а мы его создания. Это независимо от того обращены мы к Нему или нет. А быть обращенным к Богу, это понимать, что он создатель.

Если проанализировать этот ответ, то получится лишь следующее: "У всего сущего, в том числе у нас, есть создатель. А быть обращённым значит понимать, что создатель это создатель". Но всё-таки, кто же он, кто этот создатель? И почему я должен быть обращён к тому, кем создан? И с чего вы взяли, что он есть?

Артём, он таких вопросов уже шаг до сатанизма (говорю как сатанист)

Совершенно верно, один шаг до сатанизма и один шаг до Бога. К Нему только через бездну можно прийти. И этого не понимают, что стало причиной текущей дискуссии.

[Gellemar]

Совершенно верно, один шаг. К Нему только через бездну можно прийти.

Так может, сатанисты это самые искренние богоискатели? Только ищут они его не затем, чтобы по успешному завершению поисков "приложиться к святой деснице"

[alekseymoon]

Но всё-таки, кто же он, кто этот создатель? И почему я должен быть обращён к тому, кем создан? И с чего вы взяли, что он есть?

Это так, как если бы ребенка разлучили с матерью в младенчестве. Он бы и не знал, что у него есть мать. Вопросы возникли бы аналогичные.

[Артём]

Gellemar, одни да, другие нет.

alekseymoon, ну мать у каждого есть. Пусть не известно, кто она, но наверняка известно, что она есть.

[alekseymoon]

alekseymoon, ну мать у каждого есть. Пусть не известно, кто она, но наверняка известно, что она есть.

Если не сказали, то и не известно. Человек узнает об этом от людей, так же как и о Боге.

[Артём]

alekseymoon, боюсь, всё же такая аргументация не переубедит атеистов)

[alekseymoon]

alekseymoon, боюсь, всё же такая аргументация не переубедит атеистов)

Я надеюсь на молодежь, которая и придумает аргументацию. У сатанистов все в порядке с аргументацией, а нам что слабо?

[BG777]

Лучший аргумент — стать самим примером, то есть человек свою жизнь должен посвятить избранному пути (если он на самом деле решил посвятить/вверить себя полностью избранному). imho. Тогда жизнь человека станет тождественна пути, как и он сам.
Что толку призывать других к тому, чего не достиг сам? Нуждаются ли слепые в таком же, как сами, слепом поводыре. Людям нужен реальный живой пример, а не книжный персонаж. Поэтому не нужно обманываться насчёт того, что атеисты чем-то хуже вас, псевдорелигиозных людей. Неужто думаете, что знаете бога более, чем иные атеисты? Чем они слепее вас, возомнивших себя знающими бога?
Правда в том, что вам нечего дать этим атеистам кроме заезженных пластинок. Вы становитесь этими мёртвыми пластинками, потому что в вас самих нет никакого живого послания. Это я говорю безлично..
/Просто нашло. Никого не хотел обидеть./

ps
Бог это не Христос, Будда или кто-то ещё. Этот тот принцип любви и свободы и далее по списку, воплощением которых они [~проводники] стали. И когда это будет, наконец, понято любые препятствия [в виде] имён и терминов между религиями просто перестанут существовать. Но человек видит лишь палец, указывающий на луну {и молится этим пальцам} и мы ищем собственное подобие во всём и меряем своим аршином.. Садист всегда будет искать и признает только бога-садиста.. Поэтому каждый видит своего бога. Если для тебя свобода и любовь — символы и синонимы разврата, то с чего надеяться, что за пределами этого мира качество этих принципов изменится? Если ты сокрушал молотом головы, то для тебя это всегда — символ убийства. Омрачённое видение остаётся таковым и в посмертии. imho.

[Тэнгу]

Садист всегда будет искать и признает только бога-садиста..

Точно так же садист и в бесконечно любящем, но при этом не умилительно-всепрощающем Боге будет видеть только садиста. С неизбежностью.

[BG777]

садист и в бесконечно любящем, но при этом не умилительно-всепрощающем Боге будет видеть только садиста. С неизбежностью.

Примеры будут? Хочу пример.

[Баядера]

У меня бывают очень сильные и длительные минуты слабости, когда я мечтаю быть материалистом - уже не могу, но мечтаю - иногда почти ругаюсь с Богом и требую: Я хочу просто умереть!!!!!!!! я хочу просто исчезнуть полностью, безо всякого осознания себя - просто как в материализме - умереть и ВСЁ.

разве ж это материализм? эт жешь идеализм - причем субъективный... личностное сознание настолько возбухает - что начинает горделиво полагать что с его собственной гибелью исчезает и всё остальное...

Не, "всё остальное" пусть будет как хочет - лишь бы не было никакой такой единицы осознания, которая сейчас ЙА.

Я думал это у меня у одного только.....тоже знаете хотелось бы,чтоб как у атеистов...бац и нет меня....в никаком виде...

Емелюшка, судя по откликам на тот мой пост, это очень многих волнует, причем в этаком похожем ракурсе - пусть не постоянно, но часто и многих
Но, помните у Булгакова сцену казни барона Майгеля на балу? Что ему там аццкий соттона сказал? Не помню дословно, но примерно так: Вы, барон, верили в небытие - в него и отправитесь. А, насколько я понимаю, речь шла о некоем слое, о котором Андреев писал - если наши знатоки текста РМ помогут найти цитату, слой, где человек не ощущает никого и ничего вокруг, кроме себя самого - страшное мучилище - вот этого, по правде сказать я боюсЪ преужасно.

Это не скука, а ощущение бессмысленности. Может - это от Дьявола, а может так и есть Остается постоянно изыскивать новые смыслы: ничего другого не остается. Ведь даже самоубийство выглядит полной бессмыслицей

Насчет "изыскания новых смыслов" - это, как я слышала, "профилактика от суицидных мыслей". Но... у меня суицидных мыслей нет - я об этом уже гораздо ранее думала - все способы на себя примеряла - они все оказались для меня очень сложными и некрасивыми - повесишься - сфинктеры расслабятся, твой труп будет обоссато-обосранный... я так не хочу.
Я таки, правда, нашла способ, который бы смогла использовать для себя - типо "Анна Каренина", тока в метро - в метро более наверняка и легче исполнимо - ждать долго не надо - поезда ходят часто

Буддисты в этом плане более счастливы: могут целыми днями смысел внутри себя разглядывать Что удивительно: большинство находит

Ога, это можно, если не надо заботится о пропитании - я хоть и не работаю, но мужу-то ужин приготовить нужно жеж. когда ж медетировать-то?

[Баядера]

боюсь, всё же такая аргументация не переубедит атеистов)

Артем, а ты хочешь найти тут некие веские аргументы, которые смогли бы переубедить атеистов?

А оно тебе надо?

Просто есть такое понятие, как познание - у кого-то к этому тяга есть, а кому-то вапще пофег. Тем, кому это самое "пофег" - тем будет точно также ВСЕГДА - вплоть до морковкина заговения - я уже это на форуме писала. А тем, кому интересно - те будут и сами искать, и их самих найдет нужная информация и прочее. Жизнь так устроена - тот, кто ищет, тот обрящет. И еще: Господь, Он Мудр и Милостив - кому надоть, тому и грматного разъяснителя пошлет, и чтиво нужное - ужели ты думаешь, что ты о детях Божиих сможешь позаботится более Отца Небесного?
А уж если тебя самого Господь направит к кому-то проповедником, то... тут вообще тебе беспокоится незачем - Бог САМ тебе в уста все слова нужные вложит - причем, гораздо более мудрые и правильные, нежели ты сам придумаешь.

[Артём]

Баядера, если ты прочтёшь наш разговор, то поймёшь, кто ищет аргументов для переубеждения атеистов, и сможешь правильно адресовать свой пост.) Поиски эти тщетны, поскольку невозможно логически перейти от данных об относительном к выводам об абсолютном.

[Баядера]

Артём
Артем, я читала. ))

Я же именно твою цитату выделила - хотела именно твоё мнение услышать, ты сказал:

Поиски эти тщетны, поскольку невозможно логически перейти от данных об относительном к выводам об абсолютном.

И я с тобой полностью согласна! Есть такая поговорка: Бог не даст, пальцем не сделаешь - вот это как раз про такой случай.

[Сан Саныч]

Поиски эти тщетны,

М.А.Булгаков отвечает на твой вопрос:
"— Умигать — не в помигушки иг'ать, — вдруг картавя, сказал неизвестно откуда-то появившийся перед спящим Алексеем Турбиным полковник Най-Турс.
Он был в странной форме: на голове светозарный шлем, а тело в кольчуге, и опирался он на меч, длинный, каких уже нет ни в одной армии со времен крестовых походов. Райское сияние ходило за Наем облаком.
— Вы в раю, полковник? — спросил Турбин, чувствуя сладостный трепет, которого никогда не испытывает человек наяву.
— В гаю, — ответил Най-Турс голосом чистым и совершенно прозрачным, как ручей в городских лесах.
— Как странно, как странно, — заговорил Турбин, — я думал, что рай это так... мечтание человеческое. И какая странная форма. Вы, позвольте узнать, полковник, остаетесь и в раю офицером?
— Они в бригаде крестоносцев теперича, господин доктор, — ответил вахмистр Жилин, заведомо срезанный огнем вместе с эскадроном белградских гусар в 1916 году на Виленском направлении.
Как огромный витязь возвышался вахмистр, и кольчуга его распространяла свет. Грубые его черты, прекрасно памятные доктору Турбину, собственноручно перевязавшему смертельную рану Жилина, ныне были неузнаваемы, а глаза вахмистра совершенно сходны с глазами Най-Турса — чисты, бездонны, освещены изнутри.
Больше всего на свете любил сумрачной душой Алексей Турбин женские глаза. Ах, слепил господь бог игрушку — женские глаза!.. Но куда ж им до глаз вахмистра!
— Как же вы? — спрашивал с любопытством и безотчетной радостью доктор Турбин, — как же это так, в рай с сапогами, со шпорами? Ведь у вас лошади, в конце концов, обоз, пики?
— Верите слову, господин доктор, — загудел виолончельным басом Жилин-вахмистр, глядя прямо в глаза взором голубым, от которого теплело в сердце, — прямо-таки всем эскадроном, в конном строю и подошли. Гармоника опять же. Оно верно, неудобно... Там, сами изволите знать, чистота, полы церковные.
— Ну? — поражался Турбин.
— Тут, стало быть, апостол Петр. Штатский старичок, а важный, обходительный. Я, конечно, докладаю: так и так, второй эскадрон белградских гусар в рай подошел благополучно, где прикажете стать? Докладывать-то докладываю, а сам, — вахмистр скромно кашлянул в кулак, — думаю, а ну, думаю, как скажут-то они, апостол Петр, а подите вы к чертовой матери... Потому, сами изволите знать, ведь это куда ж, с конями, и... (вахмистр смущенно почесал затылок) бабы, говоря по секрету, кой-какие пристали по дороге. Говорю это я апостолу, а сам мигаю взводу — мол, баб-то турните временно, а там видно будет. Пущай пока, до выяснения обстоятельства, за облаками посидят. А апостол Петр, хоть человек вольный, но, знаете ли, положительный. Глазами — зырк, и вижу я, что баб-то он увидал на повозках. Известно, платки на них ясные, за версту видно. Клюква, думаю. Полная засыпь всему эскадрону...
«Эге, говорит, вы что ж, с бабами?» — и головой покачал.
«Так точно, говорю, но, говорю, не извольте беспокоиться, мы их сейчас по шеям попросим, господин апостол».
«Ну нет, говорит, вы уж тут это ваше рукоприкладство оставьте!»
А? что прикажете делать? Добродушный старикан. Да ведь сами понимаете, господин доктор, эскадрону в походе без баб невозможно.
И вахмистр хитро подмигнул.
— Это верно, — вынужден был согласиться Алексей Васильевич, потупляя глаза. Чьи-то глаза, черные, черные, и родинки на правой щеке, матовой, смутно сверкнули в сонной тьме. Он смущенно крякнул, а вахмистр продолжал:
— Ну те-с, сейчас это он и говорит — доложим. Отправился, вернулся, и сообщает: ладно, устроим. И такая у нас радость сделалась, невозможно выразить. Только вышла тут маленькая заминочка. Обождать, говорит апостол Петр, потребуется. Одначе ждали мы не более минуты. Гляжу, подъезжает, — вахмистр указал на молчащего и горделивого Най-Турса, уходящего бесследно из сна в неизвестную тьму, — господин эскадронный командир рысью на Тушинском Воре. А за ним немного погодя неизвестный юнкерок в пешем строю, — тут вахмистр покосился на Турбина и потупился на мгновение, как будто хотел что-то скрыть от доктора, но не печальное, а, наоборот, радостный, славный секрет, потом оправился и продолжал: — Поглядел Петр на них из-под ручки и говорит: «Ну, теперича, грит, все!» — и сейчас дверь настежь, и пожалте, говорит, справа по три.

...Дунька, Дунька, Дунька я!
Дуня, ягодка моя, —

зашумел вдруг, как во сне, хор железных голосов и заиграла итальянская гармоника.
— Под ноги! — закричали на разные голоса взводные.

Й-эх, Дуня, Дуня, Дуня, Дуня!
Полюби, Дуня, меня, —

и замер хор вдали.
— С бабами? Так и вперлись? — ахнул Турбин.
Вахмистр рассмеялся возбужденно и радостно взмахнул руками.
— Господи боже мой, господин доктор. Места-то, места-то там ведь видимо-невидимо. Чистота... По первому обозрению говоря, пять корпусов еще можно поставить и с запасными эскадронами, да что пять — десять! Рядом с нами хоромы, батюшки, потолков не видно! Я и говорю: «А разрешите, говорю, спросить, это для кого же такое?» Потому оригинально: звезды красные, облака красные в цвет наших чакчир отливают... «А это, — говорит апостол Петр, — для большевиков, с Перекопу которые».
— Какого Перекопу? — тщетно напрягая свой бедный земной ум, спросил Турбин.
— А это, ваше высокоблагородие, у них-то ведь заранее все известно. В двадцатом году большевиков-то, когда брали Перекоп, видимо-невидимо положили. Так, стало быть, помещение к приему им приготовили.
— Большевиков? — смутилась душа Турбина, — путаете вы что-то, Жилин, не может этого быть. Не пустят их туда.
— Господин доктор, сам так думал. Сам. Смутился и спрашиваю господа бога...
— Бога? Ой, Жилин!
— Не сомневайтесь, господин доктор, верно говорю, врать мне нечего, сам разговаривал неоднократно.
— Какой же он такой?
Глаза Жилина испустили лучи, и гордо утончились черты лица.
— Убейте — объяснить не могу. Лик осиянный, а какой — не поймешь... Бывает, взглянешь — и похолодеешь. Чудится, что он на тебя самого похож. Страх такой проймет, думаешь, что же это такое? А потом ничего, отойдешь. Разнообразное лицо. Ну, уж а как говорит, такая радость, такая радость... И сейчас пройдет, пройдет свет голубой... Гм... да нет, не голубой (вахмистр подумал), не могу знать. Верст на тысячу и скрозь тебя. Ну вот-с я и докладываю, как же так, говорю, господи, попы-то твои говорят, что большевики в ад попадут? Ведь это, говорю, что ж такое? Они в тебя не верят, а ты им, вишь, какие казармы взбодрил.
«Ну, не верят?» — спрашивает.
«Истинный бог», — говорю, а сам, знаете ли, боюсь, помилуйте, богу этакие слова! Только гляжу, а он улыбается. Чего ж это я, думаю, дурак, ему докладываю, когда он лучше меня знает. Однако любопытно, что он такое скажет. А он и говорит:
«Ну не верят, говорит, что ж поделаешь. Пущай. Ведь мне-то от этого ни жарко, ни холодно. Да и тебе, говорит, тоже. Да и им, говорит, то же самое. Потому мне от вашей веры ни прибыли, ни убытку. Один верит, другой не верит, а поступки у вас у всех одинаковые: сейчас друг друга за глотку, а что касается казарм, Жилин, то тут как надо понимать, все вы у меня, Жилин, одинаковые — в поле брани убиенные. Это, Жилин, понимать надо, и не всякий это поймет. Да ты, в общем, Жилин, говорит, этими вопросами себя не расстраивай. Живи себе, гуляй».
Кругло объяснил, господин доктор? а? «Попы-то», — я говорю... Тут он и рукой махнул: «Ты мне, говорит, Жилин, про попов лучше и не напоминай. Ума не приложу, что мне с ними делать. То есть таких дураков, как ваши попы, нету других на свете. По секрету скажу тебе, Жилин, срам, а не попы».
«Да, говорю, уволь ты их, господи, вчистую! Чем дармоедов-то тебе кормить?»
«Жалко, Жилин, вот в чем штука-то», — говорит.
Сияние вокруг Жилина стало голубым, и необъяснимая радость наполнила сердце спящего. Протягивая руки к сверкающему вахмистру, он застонал во сне:
— Жилин, Жилин, нельзя ли мне как-нибудь устроиться врачом у вас в бригаде вашей?
Жилин приветно махнул рукой и ласково и утвердительно закачал головой. Потом стал отодвигаться и покинул Алексея Васильевича. Тот проснулся, и перед ним, вместо Жилина, был уже понемногу бледнеющий квадрат рассветного окна. Доктор отер рукой лицо и почувствовал, что оно в слезах. Он долго вздыхал в утренних сумерках, но вскоре опять заснул, и сон потек теперь ровный, без сновидений..."
Разве не здорово? На мой взгляд, просто класс! Поэтому и не вошло в сценарий "Дни Турбиных".

[Баядера]

Ну не верят, говорит, что ж поделаешь. Пущай. Ведь мне-то от этого ни жарко, ни холодно. Да и тебе, говорит, тоже. Да и им, говорит, то же самое.