Ты — женщина, ты — книга между книг, Ты — свёрнутый, запечатлённый свиток; В его строках и дум и слов избыток, В его листах безумен каждый миг.
Ты — женщина, ты — ведьмовский напиток! Он жжёт огнём, едва в уста проник; Но пьющий пламя подавляет крик И славословит бешено средь пыток.
Ты — женщина, и этим ты права. От века убрана короной звёздной, Ты — в наших безднах образ божества! Мы для тебя влечём ярем железный, Тебе мы служим, тверди гор дробя, И молимся — от века — на тебя!
Господь говорит: «Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу. (...) И когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки обагрены кровью» (Исаия, 1.11, 1.15).