Пользователи
Регистрация
Вход
------------------------------------------------------------------
"Египетская тень" над Майданом: великая ноябрьская олигархическая революция на Украине
Украинский политический кризис всё ещё продолжается, хотя и постепенно затухает. Каковы были его движущие силы, как будет развиваться ситуация дальше и какова вероятность его повторения в более впечатляющих масштабах?
Чтобы ответить на эти вопросы, стоит начать с краткого обзора состояния украинской экономики и её перспектив на ближайшее будущее. Для основной массы украинцев аксимой является то, что Украина "богатая страна" с "огромными ресурсами" и единственное, что мешает её процветанию - коррупция (вариант -"пророссийские олигархи"). Проблема в том, что это не так.
Ресурсный потенциал Украины на бумаге выглядит впечатляюще, но в реальности добыча 79% украинских полезных ископаемых нерентабельна, а значительной части остальных - малорентабельна даже в теории. Практика в лице изношенного оборудования (так, 70% государственных угольных шахт работают без реконструкции более 20 лет) вносит свои коррективы. В итоге, например, себестоимость тонны энергетического угля более чем вдвое выше закупочной цены. Инфраструктура изношена до крайности, как и энергетическая система, внушительную часть украинской промышленности уже проще снести и построить заново, чем реконструировать. Средств на модернизацию у украинской промышленности чаще всего просто нет, а если они есть - нет кадров. Так, Украина - уникальное место, где при переходе от мартеновского процесса к электросталеплавильному качество стали зачастую падает, а модернизация доменной печи становится немедленным поводом для аварии. При этом дефицит кадров в ближайшем будущем будет катастрофически нарастать - так, к 2030-му году численность трудоспособного населения сократится с 27 до 21 млн. человек.
В целом, сколько-нибудь вразумительная экономическая политика умерла в 2004-м на майдане, и последние десять лет украинскому бизнесу и власти было не до инвестиций, несмотря на очень неплохую ценовую конъюнктуру в "нулевых" (рентабельность украинской металлургии, несмотря на её архаичность, в 2008-м достигала 40%). Нынешняя конъюнктура намного хуже (так, на мировом рынке - перепроизводство стали), а основная масса промышленности и инфраструктура постарела ещё на пять лет.
Исходя из объективных возможностей украинской экономики, уровень жизни в стране должен практически не отличаться от египетского. Тем не менее, пока он заметно выше, и "виной" тому пять факторов. Во первых, это впечатляющая и быстро растущая закредитованность населения (почти втрое выше, чем в России), что делает рано или поздно неизбежным кризис "плохих долгов". Во-вторых, завышенный курс гривны, следствием чего является хроническое превышение импорта над экспортом, которое приходится оплачивать, тратя золотовалютные резервы (ЗВР). Так, в октябре импорт составил $7,9 млрд, экспорт - $5,7 млрд. В-третьих, прямые и косвенные субсидии ряду отраслей, прежде всего угледобывающей, позволяющие удерживать относительно низкий уровень безработицы. При этом только с января по сентябрь этого года убытки государственных угольных шахт составили $1,33 млрд, что на 32% больше, чем за тот же период 2012-го. В-четвёртых, радикально заниженные цены на ЖКУ, газ и электроэнергию для населения, стоящие бюджету около $5 млрд в год (при этом задолженность населения только за электроэнергию достигла десятилетнего максимума в более $1,5 млрд., увеличившись с января по август этого года почти на 20%; инфраструктура ЖКХ, естественно, не финансируется в должном объёме и деградирует). В-пятых, радикально завышенные по сравнению с возможностями экономики пенсии и зарплаты бюджетников. При этом уже несколько лет в пенсионный фонд поступает меньше денег, чем расходуется, и разница покрывается из госбюджета.
Ценой вопроса является дефицит бюджета ($5 млрд в, осторожно выражаясь, слишком оптимистичном бюджете на 2013 год) и включенный на полную мощность печатный станок - денежная масса с января по октябрь увеличилась на 19,7% (за 2012-й - на 12,5%). Однако денег всё равно не хватает - так, к октябрю деньги на счетах правительства практически иссякли, пенсионный фонд осуществляет текущие выплаты за счёт заёмных средств; в октябре стало известно о массовых невыплатах зарплат бюджетникам. При этом эмиссия, естественно, оказывает девальвационное давление на курс гривны, удержание которого обходится всё дороже ($300 млн только в сентябре этого года, $800 млн. - в ноябре).
В итоге украинская экономика откровенно тонет. К началу ноября ЗВР уменьшились до $20,633 млрд. (минус 15,9% с начала года, при наличии двухмиллиардного долга за газ; ), за ноябрь золотовалютные резервы сократились ещё на 9%, до 18 млрд. 791 млн., и не покрывают трёхмесячный импорт. "Живых" денег у Киева менее $5 млрд, остальное - ценные бумаги неясной степени ликвидности.
Это точное воспроизведение ситуации в Египте перед военным переворотом. Валовый внешний долг Украины составляет 75,7% ВВП. Государственный внешний долг сравнительно невелик (40% ВВП), и даже несколько уменьшился по сравнению с началом года. Нюанс однако состоит в том, что, во-первых, он уменьшился практически на сумму задолженности по газу, во-вторых, крайне дорог, и по мере испарения ЗВР становится всё дороже. Около половины госдолга - это краткосрочные облигации со сроком погашения до 2017-го года, при этом их доходность достигла астрономических значений. Так, доходность еврооблигаций со сроком погашения в следующем году достигла 19,5% годовых, пятилетних - 13,4%. Усреднённая ставка по долларовым обязательствам - 11,8% (второе место в мире).
При этом в 2014-м Украине предстоит заплатить $5,6 млрд только МВФ, а суммарно, как полагает Fitch, стране понадобится $7-$8 млрд. В 2015-м перелома ситуации не предвидится - по мнению Bloomberg, в ближайшие два года стране, как наиболее неблагонадёжному заёмщику Восточной Европы, придётся выплатить $15,3 млрд. Кредитный рейтинг Украины, по мнению Fitch и Standard &Poor's - на уровне Греции, Кипра и Египта. Инвесторы откровенно избавляются от украинских долговых обязательств.
Де-факто, то, что страна до сих пор не пережила финансовый коллапс - это результат августовской сделки с американским инвестфондом Franklin Templeton, аккумулировавшим сначала 20%, а затем 40% украинского госдолга. Однако, очевидно, во-первых, что сделка носила дисконтный характер - инвесторы платят в таких случаях сумму, далёкую от номинала. Во-вторых, Franklin Templeton известен скупкой долгов проблемных стран, а американские инвестфонды в целом - их безжалостным выбиванием. Примером такой тактики являются, например, NML Capital и Elliott Management, отказавшиеся реструктуризировать долги Аргентины. Фактически, обращение к Franklin Templeton- это мера, предпринимаемая в абсолютно безвыходной ситуации.
В целом, дальнейшее наращивание дорогостоящего госдолга - это неизбежный дефолт, обвальное падение курса гривны (с соответствующими трудностями при оплате того же газового импорта) и инфляционная спираль. При этом сокращение платёжеспособного спроса приведёт к массовой безработице, кризису "плохих долгов" и впечатляющим проблемам у банковской системы.
Радикальное сокращение внешних заимствований возможно только ценой девальвации гривны и демонтажа системы субсидий (так, угольная отрасль Украины должна быть сокращена в разы при любых обстоятельствах). При этом инфляция, безработица и кризис "плохих долгов" неизбежны и в этом случае, однако по сравнению с дефолтным сценарием они будут иметь меньшие масштабы. Администрация Януковича в реальности вынуждена выбирать между экономическим коллапсом и крайне непопулярными мерами.
Простейший расчёт показывает, что золотовалютные резервы Национального банка Украины (НБУ) при сохранении нынешней финансовой политики будут полностью и гарантированно исчерпаны до конца 2014-го года. Иными словами, чтобы избежать дилеммы "плохо или ещё хуже", любой украинской власти нужны дешёвые (в идеале - бесплатные) деньги. Девальвация гривны и отмена значительной части субсидий при этом всё же неизбежны - вопрос лишь в сроках и масштабах реформ. Относительной экономической самостоятельности Украины вместе с политической многовекторностью приходит конец - она просто не в состоянии их оплачивать.
Спринтерские темпы, которыми администрация Януковича поначалу ринулась ратифицировать соглашение с ЕС (не только не просчитав последствия, но и просто не прочитав сами документы), объясняется именно этим. В правительстве, очевидно, рассчитывали на масштабные субсидии Евросоюза(аппетиты, напомню, простирались до $16 млрд в год и $160 млрд суммарно; как минимальная рассматривалась немедленная помощь в размере $10 млрд.), снисходительность МВФ (у которого планировалось занять $15 млрд.) и индифферентизм Москвы.
В итоге выяснилось, что денег у Брюсселя, по большому счёту, нет. Госдолг Еврозоны достиг 93,4% ВВП к концу ноября, южноевропейские экономики с почти двухтриллионным госдолгом (Италия) и 26% безработицей (Испания) требуют весьма пристального внимания. Как следствие, предлагаемая Евросоюзом на семь лет сумма - меньше двухмесячного объёма экспорта в Россию. Притока иностранных инвестиций также не предвиделось - напротив, почти непосредственно перед запланированным подписанием соглашения появились сообщения о продаже сразу трёх принадлежащих европейцам крупных банков - "Раффайзен банк Аваль", "Укрсоцбанка" и "Уникредит"; прочитавших текст соглашения инвесторов начали одолевать чемоданные настроения (Bloomberg хладнокровно констатировал, что немедленное подписание документа практически сразу приведёт к потере 400 тыс. рабочих мест).
Позиция МВФ также осталась прежней - максимум, на что может рассчитывать Киев, это частичное рефинансирование накопившегося ранее долга ($4 млрд.) на условиях замораживания зарплат и пенсий, девальвации гривны, отмены налоговых льгот и субсидий. Равным образом, Москва отнюдь не готова оплачивать европейские устремления Украины, сохраняя с ней льготные правила торговли - после создания зоны свободной торговли с Евросоюзом это было бы равносильно фронтальному снижению импортных пошлин со странами ЕС.
По сути, нынешняя администрация Украины могла делать лишь следующее. Во-первых, торговаться с Западом с минимальными шансами на успех - ЕС уже заявил, что условия договора об евроассоциации останутся неизменными. Компенсировать выпадение доходов от снижения экспорта в Россию Брюсселю просто нечем. Помощь США, прилагающих отчаянные усилия для снижения дефицита бюджета, в 2013-м ограничилась $100 млн (в основном на "развитие демократии"). Во-вторых, искать кредитные ресурсы в альтернативных Брюсселю и Москве "центрах силы". Проблема в том, что КНР и РФ действительно стратегические партнёры и визит украинского президента в Пекин не принёс новых кредитных соглашений. В-третьих, пытаться получить скидки на газ и кредитные ресурсы в России (по некоторым сведениям, речь шла о $12 млрд и $10 млрд кубометров газа по цене 210-230 долл. за 1 тыс. кубометров; стандартная цена - 450 долл.). Однако пока соглашение не достигнуто, и если 17 декабря украинской стороне не удастся его подписать, расплатиться за газ полностью администрации Януковича гарантированно не удастся.
Фактическое банкротство режима Януковича в случае неуступчивости Москвы выглядит практически неизбежным. При этом правящая группировка подошла к порогу кризиса весьма расколотой. Явно промайданные на первом этапе настроения украинских СМИ, охотно тиражировавших, например, версию оппозиции о "провокации власти" по поводу 30 ноября и 1 декабря (при 150 госпитализированных полицейских, причём пятерых - в тяжелом состоянии, и несомненной агрессивности демонстрантов, захвативших три здания) объясняются, очевидно, именно этим.
Крупных независимых СМИ на Украине нет. Так, 80% украинской телевизионной аудитории - это каналы, принадлежащие четырём крупным бизнесменам. Лидеры рынка - это "Интер" (Дмитрий Фирташ), "Украина" (Ринат Ахметов), "Новый канал", СТБ, ICTV, М1 и Q-Tv (Виктор Пинчук), "1+1" (Игорь Коломойский и Геннадий Боголюбов). На момент прихода Януковича к власти между его администрацией и крупным капиталом имелось практически полное взаимопонимание, однако в последние несколько лет отношения становились всё более напряжёнными. В основном это связано со слишком бурной экспансией "семьи" президента, в частности, усилиями его сына Александра.
Официальное состояние сына Януковича составляет "лишь" $0,5 млрд, однако в президентский клан входит, по разным данным, ещё ряд бизнесменов и имеющих бизнес-интересы чиновников и силовиков. Темпы и методы, которыми расширяется "семейный" бизнес, давно вышли за грань минимальных приличий. Так, 27-ми летний Курченко, возвышение которого связывают с покровительством администрации, за два года превратился из менеджера пивной компании в миллиардера, причём весьма оригинальными способами - такими, например, как безвозмездное изъятие у государственного "Нафтогаза" сжиженного газа на сумму 1,6 млрд. гривен; между тем, практически монопольное право на подобные схемы было негласно закреплено за Дмитрием Фирташем (так, "Нафтогаз" старательно проиграл Фирташу суды по поводу "долга" перед ним на $2,2 млрд). Последнего, видимо, довольно активно выдавливают из газового бизнеса не самыми мягкими методами - так, государственная налоговая служба не вернула его предприятиям НДС сумму в 3 млрд. гривен. С менее крупными фигурами обходятся ещё жёстче. Так, в январе совладелец компании "Нефтегазодобыча" и депутат от Партии регионовНестор Шуфрич обвинил украинское минэнерго и лично министра Ставицкого в незаконном отзыве лицензии на добычу и последующем вымогательстве 30% доли предприятия; ранее бесследно исчез руководитель компании Олег Семинский.
В итоге в числе недовольных оказался не только Фирташ, но и, видимо, Пинчук и даже негласный соучередитель Партии регионов Ахметов, по слухам, называющий новых кандидатов "младотурками". Между тем, именно Фирташ является ключевым спонсором Виталия Кличко. "Батькивщину" Яценюка спонсируют Ахметов и тот же Фирташ; о принадлежности основных украинских СМИ было сказано выше. Иными словами, майдан и его освещение можно рассматривать, во-первых, как попытку крупного украинского бизнеса наказать "семью" за откровенное рейдерство. Во-вторых, попытку хотя бы временно исключить "семью" из конкуренции за высокодоходные активы - при этом, видимо, удачную; так, пресловутая "Нефтегазодобыча" под шум майдана отошла к Ахметову; Ахметов и Фирташ планируют купить и "Раффайзен Банк Аваль".
Очевидно, что развитие кризиса в краткосрочной перспективе будет определятся именно внутриэлитным балансом. Посмотрим, каковы интересы крупного украинского бизнеса.
Последний, во-первых, представляет собой классическую "оффшорную аристократию", держащую основные финансовые активы за рубежом. Во-вторых, украинская бизнес-элита прекрасно понимает, что при более плотной интеграции с Россией неизбежно окажется в подчинённом положении по отношению к гораздо более мощному, лучше организованному и технологически заметно более развитому крупному бизнесу. РФ. Образ "страшного русского олигарха" в украинском массовом сознании - это отражение страхов среднестатистического украинского олигарха. Западный капитал, который отнюдь не стремится на Украину, в этом смысле выглядит намного предпочтительнее. В-третьих, есть и вполне определённые интересы частного толка - для того же Фирташа переход украинской газотранспортной системы под непосредственный контроль "Газпрома" будет означать фактически крах.
Что касается богатейшего украинца, то "Ахметов никогда не будет за интеграцию с Россией, вся его карьера - это оборона от посягательств российской олигархии, которая стремится захватить украинскую промышленность. Хотя это не означает, что он готов на быструю интеграцию с ЕС; для него удобная существующая ситуация и Украина, которая стоит между Россией и Европой". Второй пункт не совсем точен: Ахметов достаточно давно пытается "легитимизироваться" на Западе, однако с этим возникают проблемы. Он несколько лет не имеет возможности получить визу в США, не далее как в марте этого года французские депутаты требовали запретить ему въезд в шенгенскую зону. В целом подобное отношение неудивительно - по сообщениям украинских СМИ, олигарх начинал как "правая рука" главы ОПГ "Люкс" Алика Грека, и его дальнейшая карьера отличалась некоторым своеобразием. Также он известен в качестве спонсора недавно ликвидированной "Партии мусульман Украины", поддерживавшей отношения с исламистами из Хизб ут-Тахрир.
Многолетнее зомбирование населения украинскими СМИ виртуальными прелестями евроинтеграции, обеспечившее Евромайдан массами "политической пехоты", старательное превращение РФ в сознании украинского обывателя в "нищую разграбленную страну" и отсутствие на политическом поле Украины пророссийских сил объясняется именно этим. Оборона Ахметова выражается, в частности, в попытках под разнообразными предлогами ввести запрет на трансляцию российских телеканалов на Украине (последняя предпринята в сентябре этого года).
Кличко и компания, категорически требовавшие немедленного подписания соглашения с ЕС на любых условиях и взятия кредита МВФ с его "антисоциальным пакетом" - это, де факто, голос персонально Фирташа.
Однако, в то же время, украинской бизнес-элите становится ясно, во-первых, что экономика рушится. Во-вторых, что немедленное подписание соглашения с ЕС на нынешних условиях и неизбежное повышение торговых барьеров с Россией ведёт к катастрофе. Так, в октябре Украинский союз промышленников и предпринимателей официально попросил Януковича отложить минимум на год подписание соглашения об ассоциации, ибо украинская экономика в нынешнем состоянии неконкурентоспособна.
В-третьих, что поддержка антироссийской линии чревата персональной ответственностью. Так, известная истерика украинских СМИ, подконтрольных Фирташу и Ахметову, по поводу "торговой войны" с Россией, связана ровно с тем, что они оба (и особенно первый) попали в "список сорока" экспортёров, продукция которых подлежит обязательной проверке. Пинчук и Порошенко также понесли потери.
Далее, сжимающаяся украинская экономика становится полем взаимоуничтожения. Несущий потери Пинчук уже вступил в конфликт со структурами Коломойского. Иными словами, у оппозиции тоже есть оппозиция.
Запад, несмотря на активное риторическое давление, также не поддержал идею смещения Януковича и не проявил особого желания ссорится с Россией, защищая украинскую оппозицию.
В итоге, очевидно, был достигнут некий внутриэлитный компромисс. К концу прошлой недели истерия в СМИ стихла, каналы Фирташа, Ахметова и Пинчука почти проигнорировали "марш миллиона", а в изданиях Ахметова появились разоблачительные статьи о фактических зачинщиках побоища на Банковой. Полицейская операция в ночь на 11-е также была освещена в достаточно благожелательных тонах по крайней мере "Интером".
В целом, очевидно, что противостояние закончится ничем. Майдан сделал своё дело, майдан должен уйти. Однако он показал, во-первых, насколько велик в украинском обществе протестный потенциал. Во-вторых, насколько рискованной была игра Януковича, раскручивавшего праворадикальную оппозицию в качестве "удобного" оппонента на выборах. В-третьих, глубину противоречий внутри элиты, которые в сжимающейся экономике неизбежно обострятся вновь, причём скорее рано, чем поздно.
Очевидно, дефолт или выполнение условий МВФ окажутся триггером, который запустит гораздо более масштабную волну протестов, при этом уже не только на Западе и в Центре, и (прежде всего) на индустриальном юго-востоке. Над Украиной, в целом, нависла тень египетского сценария. Шансов удержать власть в этом случае у нынешней администрации нет - рейтинг президента составляет лишь 16%.
Судьба администрации Януковича до выборов 2015-го решится 17-го декабря во время визита последнего в Россию. Москва может дать кредит и дешёвый газ, и затем пытаться сыграть на противоречиях внутри украинской элиты, параллельно поддерживая экспансию собственного бизнеса на Украине.
Однако, во-первых, вечно держать на плаву сюрреалистическую украинскую экономику невозможно. Во-вторых, нынешняя украинская элита как она есть, недоговороспособна и недееспособна. Так, украинский бизнес модернизировать промышленность не только не очень может, но и не очень стремится. В-третьих, долгосрочные тенденции крайне неблагоприятны. Пропаганда и специфическая региональная политика, неизменно проводимая украинскими властями независимо от окраски, неуклонно снижает долгосрочные предпосылки для сохранения влияния Кремля. Численность населения, на которое он может опереться, во-первых, снижается физически - украинский юго-восток, неуклонно ограбляемый в пользу запада и центра, вымирает (так, Запорожье - мировой рекордсмен по темпам сокращения численности населения); при этом в западных областях население хотя и крайне медленно, но растёт. Во-вторых, политика украинизации даёт свои плоды - среди молодёжи украинцами считает себя 75%, идентичность активно меняется.
Иными словами, пока нынешние элиты находятся у власти, российские кредиты будут идти на оплату потребления во Львове и К, а прибыль, полученная украинской промышленностью от снижения цен на газ - на европропаганду, строительство музеев голодомора (Пинчук), содержание Кличко и Яценюка и расширение империи Ахметова.
В итоге, долгосрочные цели российской политики - это максимальное ослабление украинской оффшорной аристократии независимо от клановой принадлежности, максимальное изъятие у неё активов, включая медийные, и федерализация страны.
Подробности: http://regnum.ru/news/polit/1744143.html#ixzz2nBpgjm00
Хлеб, украденный у украинских крестьян (обречённых на голодную смерть) большевики продавали за границу. 
