Вопрос, конечно, тот еще. Дескать, с подтекстом. Не нужно типа, христианину ничего, сами с усами. “Не были мы ни на какой гаити, нас и здесь неплохо кормЮт”. В Третьем Риме все есть, даже слоны там родились, как всем известно. И не нам страдать чужебесием. Ибо все духовные богатства уже имеем, и полнотой истины обладаем. Сам Христос к нас снизошел, а эти тут кто такие, чтоб нас учить, типа.
Был такой исламский деятель - халиф Омар. И рассказывают о нем такую историю:
“Когда арабы захватили Александрию, их военачальник Амру не знал, что делать с богатейшим собранием книг в Александрийской библиотеке, и послал в Медину спросить халифа. “Если в этих книгах написано то же самое, что и в Коране, то они лишние, а если противное Корану, то они вредны. Прикажи их уничтожить” — таков был ответ халифа”.
Вот этому халифу тоже нафиг не нужно было вообще ничего. В Индии подобные деятели попытались индуизм уничтожить, но не удалось. Под духовным лидерством Чайтаньи была устроена сатьяграха - ненасильственное сопротивление. Многие тысячи людей выходили на улицу, пели и танцевали, прославляя пением божество, проявляющееся в любви и не располагающее к насилию. И тогдашний мусульманский правитель тех мест вынужден был остановить насильственные обращения. Индуизм в Индии сохранился.
Император Акбар, впрочем, понял, что индуизм ему нужен. Точнее, нужна философия индуизма. Он приказал перевести на его язык Упанишады и другие тексты - только отредактировать так, чтобы в них не было сомнительных с точки зрения исламского сознания моментов, но сохранялась бы монотеистическая линия Упанишад. Сформировался ряд синкретических традиций - на границе между исламом и индуизмом. Таков, к примеру, сикхизм.
Но перейдем к христианству.
Что потребно христианину на его пути? Да ничего ему в пределе не потребно, кроме Слова Божьего. Которое у него в душе без звука звучит. В пустынях, куда удалялись подвижники, ничего нет, кроме самого подвижника. А молиться они умели и без слов, и без образов.
Но из этого никак не следует, что следует стереть с лица земли все остальное, без чего эти подвижники обходятся, и учредить на земле сплошную и чистую Фиваиду.
Человек способен читать всю жизнь одну книжку. Иметь под боком трагедии Эсхила, диалоги Платона. Но люди продолжают думать и творить. И если у человека отсутствует интерес к творчеству других людей - значит что-то в нем сломалось. А как он будет обретать единство в Боге со всеми существами, если ему они безразличны? Если ему наплевать, какими путями эти существа идут, чем живут, чему радуются? Христианские богословы, бывало, указывали, что недурно читать христианину философов-нехристиан, ибо Логос просвещал умы некоторых из них. В то же время чтение некоторых авторов, именуемых “христианами” я бы душеполезным совсем не назвал. лучше “Дао дэ цзин” почитать, чем брошюрки из среднестатистической церковной лавочки, наполненные суевериями и рассказами для услаждения вкуса тех, кто ждет, что земля вот-вот налетит на небесную ось и страдает всеми видами ксенофобии.
Так что на заданный вопрос, вынесенный в заглавие этого текста, существует несколько ответов. Они делятся на две группы - общие и специальные.
Ответы общие.
Знаете, киножурнал такой был в СССР, “Хочу все знать” назывался? Ну так вот, человеческая потребность в познании безгранична. И вдаль, и ввысь, и вширь. Мудрый человек в сказках - это человек, знакомый с языком зверей и птиц. А другие культуры ничем зверей и птиц не хуже. И мы должны знакомиться с ними - чтобы поделиться друг с другом лучшим что есть у нас и у них. Должны встретиться. Полагать же, что нам уже все дали, и у других мы ничего не найдем - самонадеянно. “Дух дышит, где хочет”, - сказано в евангелиях. Даже при учете, что твоя традиция ведет до самого верха доступной человеческому существу лестницы - полезно знать и о возможных иных дорогах на эту вершину. Может пригодиться.
Короче, затем это хорошо знать, зачем хорошо знать философию, историю, литературу, мифологию вообще. Понимать, что люди, исповедующие другую религию, не некие “элиэнс”. Это как шедевры живописи - наличие одного шедевра не отменяет ценность остальных. Каждый исключителен и уникален.
Есть ли опасности? Они есть на любом пути. Дополнительные инструменты могут облегчить дорогу, а могут перегрузить. Их можно использовать не по назначению. Но те же опасности грозят человеку на любом пути. Гордыня, например, подстерегает человека не только в йогическом ашраме, но и православном монастыре.
И если человек чувствует, что у него есть задача наводить мосты между разными культурами и традициями, то голос ее все равно будет звучать и совесть беспокоить, даже если такой человек попытается замкнуться в рамках какой-то одной традиции.
Короче, зачем на площадках, подобной этой встречаются люди (хотя и забывают об этом периодически) - затем и традиции другие стоит изучать, включая индуизм. Даже и христианину. Коли отцам церкви у Платона с Аристотелем не грех было учиться, то и современникам можно.
Возразят, что я говорю о философских заимствованиях, а не о собственно религиозных. Но я не очень хорошо понимаю, что такое собственно “религия”. Иисус явно давал понять, что обрядность - дело третьестепенное и может скорее мешать на духовном пути. духовный путь - это прежде всего духовное устремление, настройка своего духа. А остальное - обрамление, средства такой настройки. Обыкновенные психотехники, которые могут быть такими или другими.
И вот этими техниками вполне можно делиться. При наличии соответствующего духовного настроя они будут работать. Но каждая конкретная техника может работать лучше или хуже - в зависимости от индивидуальных особенностей каждого человека.
И вот теперь переходу к ответу специальному. Зачем нужен именно индуизм и что в нем хорошего для христианина.
Первое - конечно, индийская философия. Она выработала уникальный понятийный аппарат, описывающий прежде всего реальность сознания. Аналогов этому аппарату в мировой философии нет. Греческая философия далеко отстает по своим возможностям. Однако ее историческое христианство приняло на вооружение - в итоге мы получили византийское богословие. Индийская философия может оказать христианину (и не только) серьезную помощь в постижении законов работы своего сознания. Есть такие инструменты и у отцов-пустынников. Но они не имеют столь разработанной метафизической базы (хотя практическо-психологическая - хороша). И дополнительные возможности никак не помешают.
Второе - различные психотехники, которые в Индии получили чрезвычайное развитие. Дыхательные и иные телесные практики. Способы сосредоточения.
Третье - вершины этики, связанные с отношением к живым существам. Распространение этики на остальных живых существ, не только на человека.
Впрочем, ныне мы живем во многом уже в новой, общечеловеческой метакультуре. И значительная часть работы по интеграции различных культур уже проведена. В частности, теми самыми людьми, которые устроили “нашествие” на Запад и принесли туда индийскую культуру. И теми, кто их встречал. И теми, кто синтезировал и разрабатывал получившееся.
Конечно, принесли разные люди разное. И шедевры, и ширпотреб. И рафинад, и попс. И полезное, и так себе. Ну так на то и разум дан, чтобы различать. И совесть тоже зачем-то да нужна.
Так что в эту работу можно встраиваться и делать ее дальше. Или просто ознакомиться порадоваться хорошему и отследить ошибки - и идти дальше своей дорогой, если она пролегает в стороне.
А зачем все это понадобилось на Западе 50 лет назад? Да потому что западу (и России в том числе) нужно было выходить из концептуального плена, который ограничивал ум материалистической догматикой. Раскрыть новые горизонты. Своя христианская традиция настолько прочно связывалась с властью, иерархией и преследованием инакомыслия, что оттуда помощи ждать не приходилось. В случае ее торжества обществу грозил возврат во времена феодализма и прочих радостей жизни. Сама эта традиция давно потеряла свой философский драйв - богословского творчества не было уже много веков до того.
Естественно, с собой в глобальное общество не нужно тащить индийскую кастовую систему и другие атавистические прелести минувших эпох. Некоторые пытаются. Ну, так тут как с музыкой - бывает хорошая, а бывает плохая. Можно, конечно, музыку запретить вообще, чтобы не было плохой музыки. Но так от мира может и вовсе ничего не остаться.




