[Улисс]

47.ЧАСТЬ 1: Из Агни-Йоги

1) Листы Сада Мории. Книга первая. Зов

В Новую Россию Моя первая весть.

Суждённое не случайно, и листы упадают ко времени,
Но зима -– только вестник весны.

(Из вступления)



Жизнь питает душу.

Храмина всем. Всем Един.
Дом Божий населён мирами, и всюду витает Святой Дух.
Обновление мира придёт -- сказания исполнятся.
Народы восстанут и построят Новый Храм.

(Лондон. Март 24, 1920)



Думайте о великом даре любви к Единому Богу
и умейте развить великий дар прозрения
в будущее Единство человечества.

Единое спасение -- устремить дух в сияние Истины.

Великий дар любви (в черновике: "духа") живет в едином видении,
данном смелым душам. Ты -- видевший! (-- ая!)

Чистое искусство -- достоверное сообщение
лучезарного явления Духа.
Через искусство имеете свет.

(Нью–Йорк. Январь 1 1921г.)

Отойдите от жизни мертвой.
Любите жизнь,
сверкающую душами в оправе сияния Божества.

Чистое дыхание Нашей Благодати
даёт вам пищу живую для явлений жизни.

(Нью–Йорк. Февраль 1 1921г.)

Жизни счастливые Сотворил о сознании Духа.

Нужно вам ждать пробуждения нового (духовного) сознания.

(Нью–Йорк. Февраль 20 1921г.)

Дщерь мира может рок устранить.
Грядет Новый Мир.
(на полях книги: "Россия будет стражем судеб мира!")


(Март 1 1921г.)

Пламя, утвердись, двузначное, утвердись, двуконечное!

(Май 19 1921г.)

Учись, и открой Врата познания, и утвердись в понимании Плана Божественного.

(Май 27 1921г.)

***

Содержание:

*

[Улисс]

/в свободном изложении/

59. (51) по книге "Феноменология духа" Г.В.Гегеля

Дух (из главы 6)

Разум есть Дух, так как достоверность того,
что Он -- вся реальность, является очевидным;

и Разум сознаёт Себя Самого как Свой мир,
а мир -- как Себя Самого.

Становление Духа можно увидеть в предшествующем движении,
где предмет Сознания, чистая категория,
возвысился до сознания Разума.

В наблюдающем Разуме это чистое единство "Я" и бытия,
для Себя бытия и в Себе бытия,
определяется как Сознание Разума,
находящее в осознавании Себя Самого.

Сущая в Себе и для Себя Сущность,
которая вместе с тем представляет Себя в качестве
Сознания действительной и Самой Собой, -- есть Дух.

Духовная сущность Сознания уже была обозначена
как Нравственная Субстанция;
но Дух ещё есть Нравственная Действительность!

Дух есть Самость действительного Сознания,
которому Он противостоит или, лучше сказать,
которое (Самость действительного Сознания)
противостоит Себе как предметный действительный мир,
но мир в такой же мере потерявший для Самости
всё значение чего-то чуждого,
как и Самость потеряла всё значение от него отделённого,
зависимого или независимого для Себя бытия.

Как Субстанция и (Субстанция) всеобщая,
Себе Самой равная постоянная Сущность
Дух есть неизменная и незыблемая Основа
и исходный пункт действования
всех и каждого и их конечная цель
как мысленное "в себе" всех самосознании.

Эта Субстанция (в Реализации) есть точно так же
всеобщее произведение,
которое создаётся действованием всех и каждого
как их единство и равенство,
ибо Она есть для Себя бытие,
Самость и действование в творении.

В качестве Субстанции Дух есть
непоколебимое справедливое равенство Самому Себе;

но в качестве для Себя бытия
эта Субстанция есть растворённая,
приносящая Себя в жертву Милостивая Сущность,
в Которой каждый осуществляет своё собственное произведение,
разрывает всеобщее бытие и берёт от него свою долю себе.

Это растворение и разъединение Сущности
есть именно момент действования и самости всех;
в этом -- Движение и Душа Субстанции
и приведённая в действие всеобщая Сущность.

(В творении) именно тем, что Она есть бытие,
растворённое в самости,
Субстанция не есть мёртвая сущность,
а действительна и полна жизни.

Дух, таким образом, есть Сама Себя поддерживающая
абсолютная реальная Сущность.

Все рассмотренные до сих пор формы
существования сознания суть Его абстракции;

они состоят в том, что Дух анализирует Себя,
различает Свои моменты и Останавливается на каждом.

Это изолирование (различение и остановка) таких моментов
имеет Его Самого предпосылкой и опорой,
иначе говоря, оно (изолирование) существует лишь в Нём,
Который есть Существование (всего).

Когда они так изолированы,
кажется, будто они существуют как таковые;
но в какой мере они только моменты
или исчезающие величины,
показало их обратное движение и возвращение
в их Основу и Сущность;

и именно эта Сущность и (даёт) это движение
и растворение этих моментов (в Ней).

И где Дух, или рефлексия этих моментов,
выявлен в Себе Самом,
(там) наша рефлексия может помнить о них (моментах):
они были (в Духе) сознанием, самосознанием и разумом.

Дух есть Сознание вообще,
что включает в себя чувственную достоверность,
рассудок и (восприятие),
поскольку в анализировании Себя Самого
Он утверждает момент,
состоящий в том, что Он есть для Себя
предметная сущая действительность,
и абстрагируется от того,
что эта действительность есть,
в Его собственном для Себя бытии.

Если Он утверждает другой момент анализа,
сводящийся к тому,
что Его предмет есть (уже другое) Его для Себя бытие,
то Он неизменно остаётся Самосознанием.

Дух есть Сознание, из рассмотрения (чего)
мы сейчас именно и исходили.

Дух, поскольку Он есть Истина в творении,
является и нравственной жизнью общества;

Он необходимо должен перейти в Сознание того,
что Он непосредственно есть,
открыть прекрасную нравственную Жизнь
и, пройдя ряд формообразований,
достигнуть знания Себя Самого в Этой нравственной Жизни.

Живой нравственный мир есть Дух в Его Истине;
подобно тому как Дух приходит к знанию Своей сущности,
так нравственность переходит в формальность всеобщности права.

Дух, отныне раздвоенный внутри Себя Самого,
творит в Своей предметной стихии,
один из своих миров, царство образованности,
и противопоставит ему в стихии мысли --
мир веры, царство хаоса незнания.

Но оба мира, постигнутые Духом,
который после этого уходит внутрь Себя,
из хаоса преображаются Его здравомыслием
и распространением Его просвещения;

они, разделившиеся на посюстороннее и потустороннее,
возвращаются в самосознание,
которое теперь в морали постигает себя как существенность,
а существенность -- как действительную самость
и уже предоставляют всему хаотичному прекратиться внутри себя
и опереться на совесть,
которая есть нравственная жизнь Духа,
обладающего достоверностью Себя Самого.

В своей простой истине Дух есть Сознание
Который раскрывает моменты (Бытия).

Самосознание будучи в Себе Единством Себя и Субстанции,
теперь становится для Себя Самосознанием,
объединяет Всеобщую Сущность
и её разъединённую действительность.

***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН I (В оригинале гимн написан монометрическим анапестом)

Ну, давай же, душа моя, за дело!
Священными гимнами успокой рождённых материей оводов,
облачись в оружие сильных порывов ума!
Царю богов мы сплетаем венок,
приносим бескровную жертву возлиянием песен.

Тебя –- в море, Тебя –- на островах, Тебя –- в беспредельном,
на котором города и скалистые горы,
Тебя –- когда остановятся обе мои стопы,
пою с наших славных равнин, о Родитель космоса!
К Тебе, Царь, устремляюсь я с песнью ночью,
к Тебе –- весь день, к Тебе -– при утренней звезде,
к Тебе –- на закате возношу гимны.

И говорят об этом лучи седых звезд, бег луны,
и великий Сказитель -– Солнце: глава чистых звезд,
святой Даятель преподобных душ.

При дворе Твоём, на Твоём лоне –- моё убежище,
к нему окрыляются мои стопы,
прочь от широко распростёршейся материи,
возношусь я в радости,
что достиг Твоего подножия.

К святой ограде окутанного тайной Величия
приходил я с мольбой о защите,
к славным вершинам гор Твоих приходил я с мольбой о защите,
в огромные пустыни долин Ливийских приходил я, в южные земли,
не оскверненные духом безбожия,
на которых не отпечатлелись следы людей,
принадлежащих городской суете.

Приходил я, чтобы душа очистилась от страстей
и освободилась от желаний,
чтобы прекратились труды и рыданья, гнев и споры,
чтобы стряхнуть всё то, что питает страдание души,
да чистыми устами и преподобной мыслью
отплачу Тебе надлежащим гимном.

Храните благоговейное молчание, эфир и земля;
стой море, стой воздух, утихните порывы пёстрых ветров,
улягтесь удары крутых волн,
застыньте речные токи и струи ручьев,
храните тишину пропасти космоса,
когда я приношу в жертву священные гимны.

Сокройся под землю длинный след змей,
и ты, крылатый змей, сокройся под землю,
ты -- демон материи, облако душ, призраколюбец,
науськивающий на нас своих псов во время наших молитв.

Ты, Отец, Ты Блаженный, Ты Сам
отгони душеядных псов от наших душ,
от наших молитв, от наших жизней, от наших трудов.
И пусть жертвенные возлияния наших сердец
будут ценны в глазах Твоих слуг –-
мудрых проводников священных гимнов.

И вот уже граница священных песен,
и уже звучит близ ума Голос.
Блаженный, помилуй меня!
Отец, помилуй меня, если помимо космоса,
помимо удела своего в нём прикасался я к Твоему!

Какое око столь мудро, какое столь велико,
что не меркнет, отражая Твои молнии?
Смотреть в Твоё пламя не позволено даже богам.
Однако Ум, отпадающий от Твоего созерцания,
радостно приемлет то, что к Тебе близко,
стремясь достигнуть недостижимого, взирать на свет,
сияющий над неутомимой бездной.

Спустившись с недоступных высот,
Ум крепко встает на первосветящий эйдос,
и его взгляд увлекается самим собой,
потому –- взяв для Твоих гимнов
умные цветы сверхумного света -–
он прекращает беспредельный рывок вовне,
давая вновь Тебе то, что Твое.

Ну а что же не Твоё, Царь?
Отец всех отцов, Самоотец, Первоотец,
не имеющий отца, Сын Себя, Единое,
предшествующее умопостигаемому единому,
Семя истинно сущих, Центр всех,***
Ум, сущий прежде всякой сущности564, Корень перворожденных космосов, сверкающий повсюду Свет, Истинная Мудрость, Источник Мудрости, Ум под покровом своих лучей565, Собственное Око, повелитель громов и молний566, Родитель вечности, Вечно живой, Тот, Кто по ту сторону богов и умов, Правитель тех и других; Рождающий умно Ум, Проводящий канал богов567, Создатель духа568, Питатель души, Источник источников, Начало начал, Корень корней. Ты – Монада монад, Число чисел, Монада и Число569, Ум, и Умное, и Умопостигаемое570, и прежде Умопостигаемого, Ты – Единое и Всё, Единое через всё, Единое прежде всего, Семя всего, Корень и Росток, Ты – Природа в существах умопостигаемых, Жена и Муж.

Ум Посвященный571, Тот, Кто во главе хоровода обходит со всех сторон неизреченную пропасть572, произносит снова и снова такие слова: Ты – Рождающий, Ты – Рожденный, Ты – Светящий, Ты – Освещенный, Ты – Явное, Ты – Сокрытое: Свет, сокрытый Своими лучами, Единое и Всё, Единое Само по Себе и через всё. Ибо Ты излился, Неизреченнорождающий, чтобы породить Сына – славную демиургическую Мудрость. Но, пролившись, Ты остался Собой в неделимом делении порождения573. Воспеваю Тебя в гимне, Монада; воспеваю Тебя в гимне, Триада: Еди, ница, Которая есть Троица; Троица, Которая есть Еди, ница. Умно рассекаемая [Еди, ница], не расколота [онтологически], не допускает [в действительности] деления на части. Ты излился в Сыне Мудростью Воли574, а сама Воля произошла как неизреченная промежуточная природа. Не дозволено говорить о Сущем прежде сущности, об этом Втором, который из Тебя, не дозволено говорить также и о Третьем из Первого575.

Священная родовая мука576, неизреченные роды – это граница между рождающей и порожденной природами. Я чту скрытый порядок умных [существ], охватывающий и нечто посредующее, что не ставится в строй.

Невыразимое577 Дитя невыразимого Отца, Твое рождение через Себя, и Благодаря рождению Ты явен стал Сам и явил вместе с тем Отца Волей Отца578, и Сам Ты вечно есть Воля579 при Своем Отце. Даже глубоко текущее время не знало о неизреченных рождениях, и почтенная вечность не ведала неуловимого течения родов, ибо оно явилось разом с Отцом, Которому надлежало стать Родителем вечности.

Кто же распорядился рассечь Неизреченного? – Смертные слепцы с искусственным580 языком, безбожные гордецы581. Ты же – Податель Света и Света Умного – будучи чужд непрямоты582, удерживаешь средоточия583 смертных, чтобы им не погрузиться во мрак материи.

Тебя, Отец космосов, Отец эонов584, Самосоздатель585 богов, свято восхвалим! Тебя, Царь586, воспевают умные [существа], Тебя гимнословят космоводители с лучащимися светом очами – звездные умы587, о Блаженный, а вокруг движется по кругу славное тело588. Тебя воспевают блаженные роды: и те, что окрест космоса, и те – что движутся по его поверхности589, и те – что [движутся] по орбитам, и те – что не по орбитам, и те – что осуществляют мудрую опеку космических уделов, и те – что окрест славных кормчих, происшедших из чина ангелов, а также и чистый род героев, проходящий590 тайными путями дела смертных, дела человеческие; Душа непреклонная и душа, склоняющаяся к черному сиянию земной тяжести, – [все возносят хвалу Тебе]. Тебя гимнословит, Блаженный, блаженная природа и ее порождения; ее плодоношение Ты устраиваешь591 своими дыханиями-духами592, катящимися вперед и влекомыми593 Тобой по отходящим от Тебя каналам594. Ибо Ты – Вождь неоскверненных миров, Природа природ; Ты согреваешь природу, рождающую смертных: ту, которая есть образ595 природы вечной, чтобы и последняя часть в космосе удостоилась участия в круговороте жизни596. Ибо дрожжам и сброду космоса не дозволено враждовать с тем [чистым] вином, что вверху, ибо то, что совершенно, встроено в хоровод сущих и уже не умрёт. Все вещи одна от другой и через другую получают пользу и удовольствие. Из смертных существ [складывается] вечный круг, и он возгревается Твоими дыханиями. Посредством всех этих чудно сработанных вещей, благодаря особенным краскам и индивидуальности каждого из творений, устраивает мать-природа для Тебя свои хоры – так, что разноголосицу живых существ приводит к единой гармонии и единогласному597 пению. Всё непрестанно возносит Тебе хвалу. Утренняя заря и ночь, молнии и снежинки, высь пылающего неба и основания земли, вода, воздух и все тела, всякое дыхание598, семя, плод, деревья, травы, корни, зелень, пасущийся скот и птица, и стаи плывущих тюленей599. Взгляни и на эту изнуренную, изнемогающую душу, которая в Твоей Ливии, в Твоем месте священном, будучи священником города, воспевает святые молитвы, хоть и окутана материальным облаком. Но Твой взгляд, Отец, пронзает материю.

Теперь же мое сердце, обогащенное и обрадованное Твоими гимнами, подхлестнуло [мой] ум огненными порывами. Ты же засвети, Царь, возводящий свет и позволь, Отец, убежавшему тела больше не погружаться в земные пагубы600. И пока я остаюсь окованным материальными обстоятельствами, молю, Блаженный, пусть питает меня кроткая судьба, пусть избавит меня от всякого духа, препятствующего уму, пусть печальными заботами не терзает мою жизнь, чтобы, став Твоим, не оказался я лишенным досуга [для вещей божественных]. Чтобы не бросало по земле того, кому Ты дал ускользнуть отсюда, вынесшему из святых степей601 венок [отрешенности], сплетенный Тебе. Хвала Тебе, Вождь неоскверненных миров, и мудрому Ребенку Твоей мудрости, изшедшему из Твоего неизреченного лона.

[Сын изшел, но] в Тебе же и пребывает, изшел, чтобы повести за собой Вселенную духовной мудростью, чтобы управить бездну седых эонов, расправить утёсистые крылья космоса вплоть до последнего дна сущих, вплоть до земных уделов, становясь просвещением преподобных душ, чтобы освободить от тяжких трудов602 и забот переменчивых603 смертных, о Царь благ, о Гонитель скорбей! И что удивительного в том, что Космоискусник604 Бог, обособляя творения, отстраняет от них Кер?605

Вот долг, который я пришел Тебе заплатить, Владыка великого космоса, вернувшись из Фракии, на земле которой я жил три года близ дома, повелевающего [всей] землей606. Там пережил я труд, и болезнь, и скорбь многослёзную, когда нёс на плечах мать отечество607. Борясь, день за днем окроплял я землю своим потом, стеная, ночь за ночью омывал я ложе своими слезами608, изливавшимися из глаз, оплакивающих горе. Храмы, воздвигнутые, о Царь, для Твоих таинств609 – я посетил их все, я простирался ниц, окропляя землю слезами своих глаз, в страхе, что мое путешествие окажется праздным. Я умолял о защите и тех богов, которые покровительствуют рождению на земле Фракии, и тех, кто владеет на противоположном берегу землями Халкидона610, а также и тех [людей], которых увенчал ты, Царь, ангельскими лучами – Твоих освященных жрецов. Вместе со мной они совершали литании611, разделяли со мной многочисленные труды. Тогдашняя моя жизнь отнюдь не была приятной, ибо жестоко стеснена была земля моего отечества; Ты же, Царь, вызволил ее из несчастий, о нетленный612 Владыка космоса. Когда уже изнемогла душа моя, и изнурено было тело, Ты укрепил мои суставы, вдохнул мужество в терпящую бедствие душу, тяжким моим трудам Ты нашел счастливый конец и сделал по сердцу моему, Царь – дал прекратиться долгим трудам.

Сохрани же все [результаты моих трудов] для ливийцев в долготу волокна времени, ради памяти о Твоих благодеяниях [мне], ради тяжких страданий, вынесенных моей душой. По моим молитвам, даруй мне безмятежную жизнь, освободи от тяжелых трудов, освободи от болезней, освободи от настроений [души], питающих несчастья613. Подай своему служителю умную жизнь614. Удали от меня земные ливни богатства, Царь, чтобы не оказаться мне не имеющим досуга для вещей божественных, но не допусти под мой кров и унылую бедность, чтобы не похоронила она окрест земли заботы моего сердца. И то и другое склоняет душу к земле, и то и другое приводит к забвению ума, если только Ты, Блаженный, не подашь силу. Так, Отец, Источник святой мудрости, умный светоч зажги в моем средоточии! Молнией святой мудрости, исходящей от Твоей силы, порази мое сердце! Дай мне знак того, что я на святой тропе, ведущей к Тебе615; дай мне Твою печать616, да отгоню питающих несчастья материальных демонов от моей жизни и от моей молитвы. Сохрани неповрежденным мое тело, сделай его недоступным для ненавистных увечий, сохрани мой дух от осквернения, Царь.

Хотя уже несу позор617 темной материи, влачу оковы земных желаний, но Ты – Спасающий, Ты – Очищающий, освободи от зол, освободи от болезней, освободи от оков!

Я ношу в себе Твое семя – искру благородного ума, хоть и погружен в бездну материи. Но Ты Сам положил душу в космос и благодаря этому осеменил тело умом, Царь!

Так помилуй же свою дочь, Блаженный. Я спустилась от Тебя, чтобы послужить Тебе на земле; но вместо того чтобы стать служительницей, стала рабой: своим магическим искусством меня сковала материя. Конечно, во мне еще остается толика скрытой от глаз силы, еще не вся расточилась крепость, но огромная прибойная волна, обрушившись сверху, ослепила меня – боговидицу618!

Дочь Твоя взывает о защите, Отец! Сжалься над той, которую нередко, когда она следует умными тропами вверх, стискивает тоской от наглой материи. Ты же, Царь, засвети возводящий свет, зажги факел и погребальный костер619, чтобы пошло в рост то малое семя, которое в темени. Возведи же меня, Отец, на трон в силе Света Жизнеподателя, чтобы на меня уже не могла наложить руки природа, откуда уже не заставят сойти долу ни Земля, ни роковая пряжа Ананки620.

Исчезает и убегает [сфера] становления лжи621 от Твоего служителя. Пусть же встанет огонь, Отец, между мной и земною давкой. Позволь, Родитель, дозволь Твоему жрецу уже сейчас расправить умные крылья. Пусть уже сейчас молящаяся душа носит печать Отца622, устрашающую ненавистных демонов, которые – поднимаясь из земных логовищ – возбуждают в смертных безбожные порывы. Подай знак Твоим святым жрецам, носящим ключи пламенного восхождения в глубине славного космоса, чтобы они широко распахнули мне ворота Света, и я – ползущий по безсмысленной тверди – не принадлежал земле!

Огненных моих деяний623 плод, глас, свидетельствующий верным, подай уже здесь, как и то, что согревает в душах амброзическую надежду.

Я раскаиваюсь624 в своем хтоническом образе жизни. Пропади же совсем, глазной гной безбожных людей! Пусть погибнет власть государств625! Пусть сгинут все сладости, все безрадостные радости, которыми прельщает душу земля, чтобы обратить ее в рабство. Великая страдалица душа <она сполна их вкушает>626, впитывая вместе с ними забвение собственных благ, до тех пор пока не столкнется с желчной долей627. Ибо у материи-обольстительницы судьбы двойственны: всякий приступивший к ее трапезе сперва получает сладкое, а затем – когда придет время противоположному – немало рыдает над горькой порцией. Ибо таков закон земной необходимости – двойственно происхождение вина, которое разливают смертным628. Вино чистое и беспримесное есть Бог и те, что Его629.

Опьяненная сладостью кратера630, я коснулась земного зла, я попала в петлю, я познала несчастье631 Эпиметея!

Отвращение и страх вызывают изменяющиеся законы. Поспешаю в безпопечительную степь632 Отца; вот раскрыты крылья моего побега – побега отсюда, от двойственных даров материи. Посмотри на меня, Наделяющий умной жизнью, посмотри на взывающую к Тебе с земли душу, следующую путем умного восхождения. Засвети, Царь, возводящий свет, дай мне легкие крылья, разруби петлю, ослабь узы двойственных страстей, посредством которых коварная природа пригибает душу к земле. Дай же мне – [душе,] собирающейся бежать от телесной пагубы – броситься быстрым прыжком в Твои долины, Твои недра, откуда истекает ключ души. Небесной влагой я была пролита на землю, верни же меня к источнику, откуда меня излили, скиталицу и беглянку. Позволь мне слиться с Перворожденным Светом. Позволь, пребывая под Твоим водительством, вместе с [Твоим] царским хором возносить умные гимны; позволь же, Отец, когда я сольюсь со Светом, не погружаться более в земную пагубу. И пока я еще пребываю окованным материальным образом жизни, пусть, о Блаженный, питает меня кроткая судьба.


***

Содержание:

*

[Улисс]

61.

ГИМН II

Тебя в начале, Тебя в расцветании, Тебя в середине, Тебя при исходе святого дня и божественной ночи я славлю, Родитель, Целитель634 душ, Целитель телесных членов, Податель мудрости, Гонитель болезней, Податель душам безтрудной жизни, которую не могут затоптать заботы Земли – матери скорбей, матери страстей, да будет чиста от них моя жизнь! Чтобы мог я безпримесно озаботиться635скрытым Корнем всех вещей, и чтобы уводящие Аты636 не смогли отделить меня от Бога. Тебя, Блаженный, славлю я, Господин космоса637. Безмолвствуй земля, когда я воспеваю гимны, творю молитву, пусть хранит благоговейное молчание все, что в космосе, ибо это Твои дела, Отец. Пусть прекратится вой ветров, шум деревьев, крики птиц, [замолкнет всё дольнее, чтобы] безмолвный воздух и безмолвный эфир услышали мое пение638. Пусть течение вод по земле сейчас остановится, став бесшумным, пусть бегут сейчас от моих преподобных молитв демоны, препятствующие святому гимнословию, [духи,] радующиеся сокровенным логам, завсегдатаи могил639; [духи же] благие, блаженные служители Родителя Умного [Мира], властвующие в бездне космоса и на его вершинах, благосклонно внимают гимнословию Отца, пусть же будут они милостивы к восхождению моих литаний.

О Монада монад, Отец отцов, Начало начал, Источник источников, Корень корней, Звезда звезд, Космос космосов, Идея идей, Бездна красоты, скрытое Семя, Отец эонов, Отец неизреченных умных космосов, откуда амброзийное дуновение, распространяясь и разделяясь на объемные массы тел, мгновенно зажигает второй космос, – пою Тебя гимном, Блаженный! Гимнословлю Тебя речью, гимнословлю Тебя безмолвием, ибо Ты слышишь столько же речь, сколько и молчание умных [существ].

Гимнословлю и Тебя, Дитя Первородное, Первый Свет! Славный Сын неизреченного Отца, Тебя, Блаженный, гимнословлю вместе с великим Отцом и вслед за Тобой родовую муку640Отца, Рождающую Волю641, Посредующее Начало, Святое Дыхание642. Центр Рождающего, Центр Сына. Это – Мать, Это – Сестра, Это – Дочь, Это – повитые [по рождении] скрытые корни643. Ибо если происходит излияние от Отца к Сыну, то само излияние644 обретается Отпрыском645 [Отца]. Оно находится в центре, Бог из Бога [Отца], через Бога Сына; благодаря этому славному излиянию безсмертного Отца и Сын, опять оке, обретается Отпрыском.

Ты – Единица, будучи Троицей, Единица, которая вместе с тем пребывает Троицей. Умное сечение оставляет [умно] делимое [в действительности] не расколотым. Прянув вперед, пребывает в Рождающем Рожденный. И, опять же, будучи вне [Отца], [Сын] управляет тем, что принадлежит Отцу, низводя в космосы богатство646 жизни оттуда, откуда и Сам имеет его. Вместе с великим Отцом гимнословлю Логос! Тебя рождает Ум неизреченного Отца. Будучи выношен647, Ты есть Логос Родителя; Ты первым прянул вперед от Первого Корня, Твое славное рождение стало корнем для всего, что после Тебя. Неизреченная Еди, ница, будучи семенем всего, [породила Тебя] семенем, осеменяющим все вещи. Ибо Ты во всем, через Тебя природа низшая, средняя и высшая наслаждается648 благими дарами Отца, порождающей жизнью. Благодаря Тебе нетленно и безтрудно обращаясь, проходит свой путь сфера [вселенной]. По Твоему определению в мощном водовороте великой полости649 вращается в обратном направлении седмерица [подвижных] звезд – столь многие светочи украшают одну впадину650 космоса по Твоей воле, славнейший Сын. Ибо, пробегая вокруг651 небесной полости, Ты сохраняешь неразрывным ход веков, под Тобой же, Блаженный, по священным [Твоим] законам в бесконечных безднах обрывов неба пасется стадо лучезарных звезд. Ты в небесах, Ты в воздухе, Ты на земле, Ты под землей распределяешь труд и уделяешь жизнь. Ты глава Ума, Ты наделяешь им богов и тех из смертных, кто с любовью принял ливень умной участи652. Ты даешь душу тем, кто однажды принял из Души жизнь и природу и совершает это неутомимо. Слепой зародыш653 души связан с Тобой пуповиной654, а то, что полностью лишено дыхания, вкушает из Твоих недр сплоченность [своих составов]. [Эта внутренняя взаимосвязанность дольних существ] передается благодаря Твоей силе из неизреченного отчего лона, из скрытой Еди, ницы, от которой проистекает канал655 жизни, и вплоть до земли посредством Твоей силы через безграничность656 умных космосов, откуда видимый космос принимает ниспадающий родник благ, ниспадающую форму умного [мира]. Этот второй мир имеет второе Солнце, дающее свет, светящий позднее [света истинного] глазам. Это оно [- видимое Солнце -] распоряжается возникающей и гибнущей материей, оно – сын Умного Солнца, форматирующий оттиск657для вещей чувственных, оно доставляет блага, предназначенные Твоей волей, славнейший Сын, рожденным в космосе.

Отец непостижимый, Отец неизреченный, не постижимый умом, не изреченный словом, Ты – Ум умов, Душа душ, Природа природ. Я преклоняю пред Тобой колени, простирается на земле Твой служитель, молящийся и слепой. Ты – Светоподатель, Податель Света Умного, помилуй, Блаженный, молящуюся душу. Прогони болезни, прогони заботы душеядные; прогони наглого подземного658 пса, демона земли! Прочь от моей души, прочь от моих молитв, прочь от моей жизни, прочь от моих дел, пусть останется вне тела, вне духа, вне всего, что наше! Сгинь, беги демон материи, сила страстей, стена на пути восхождения, ослабляющий порывы богоискательства!659Дай же, о Царь, мне другом святого ангела святой силы, ангела богосветной молитвы, милого сердцу подателя благ, стража души, стража жизни, охраняющего молитву, охраняющего дела. Да сбережет он чистым от болезней тело, да сбережет он чистым от посрамлений660 дух, пусть доставит душе забвение страстей, чтобы в этой земноядной661 жизни – благодаря Твоим гимнам – откормились662 крылья души, чтобы в жизни после этого удела, после этих оков, после отягчения хтоническим, в жизни чистой от материи завершился путь: в Твоих долинах, на Твоем лоне, откуда бьет источник души. Подай же мне руку, позови меня, Блаженный, возведи от материи молящую душу.


***
Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН III

Молодой664 воспоем Дитя, Молодой, чье замужество не имело судьбы665, не состояло в соитии с мужем.

Неизреченные воления Отца засеяли666 рождение Христа, а святые роды новобрачной явили в человеческом образе667 Того, Кто пришел, чтобы переправить смертным Неточный Свет – так, что твоя неизреченная ветвь668 [, о Мария,] познала корень эонов. [Христос,] Ты – Неточный Свет, Луч сияния Отца; разорвав тьму материи, Ты просвещаешь святые души. Ты – Ктистор669 космоса: славные звезды Ты сделал сферическими, Ты укоренил центр земли; и Ты же – Спаситель людей. Благодаря Тебе, о неугасимый Источник Ума, мчится Титан670 на своих конях. Благодаря Тебе тавроликий месяц рассеивает ночную тьму. Благодаря Тебе рождаются плоды, благодаря Тебе пасутся стада. Исходящим из Твоего неизреченного Источника плодородным сиянием Ты питаешь крылья космоса; из Твоих недр произрастают и свет, и ум, и душа. Пожалей же свою дочь, прикованную к смертным членам, к судьбе материальных очертаний671. Спаси от поношения болезней, сохрани невредимой силу телесных членов. Позволь мне быть убедительным в словах и славным в поступках, достойным древней славы Кирены и Спарты. Пусть душа, не затоптанная скорбями, проводит кроткую жизнь кормилицы672, простершись обоими глазами в Твой Свет673, чтобы – очистившись от материи – поспешить в путь без возврата, избежав земных мук674, слиться с источником души. Сделай же [, о Сын,] незапятнанной жизнь Твоего кифареда, в то время как я готовлю Тебе песню, чтобы прославить вместе с Тобой Твой Корень, величайшую славу Отца, а также и Дух, Который пребывает вместе [с Тобой и Отцом] – между корнем и ветвью; пусть же, воспевая силу Отца, гимнословя Тебя, я утишу сияющую боль родовых мук души.

Радуйся, о Источник Сына! Радуйся, Образ Отца! Радуйся, Основание675 Сына! Радуйся, Печать Отца! Радуйся, Сила Сына! Радуйся, Красота Отца! Радуйся, незапятнанный Дух – Центр Сына и Отца, тот Дух, Который Ты вместе с Отцом, быть может, пошлешь мне [, Сын], чтобы могли укрепиться крылья души и исполниться676 божественные дары.


***
Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН IV

Вместе со святым Источником саморождения, Кто по ту сторону неизреченных единств, – безсмертного Бога, славного Сына Бога, единое Дитя, происходящее от единого Отца, увенчаем мудрыми цветами гимнов. Дитя – невыразимое страдание родов678 отеческой воли, Ты явился из непостижимых недр; Твое рождение сделало явным плоды Отца, Твое рождение – откровение явного Ума, вбитого в центр, хотя в Источнике пребывают и текущие [воды Святого Духа].

Мудрость Отчего ума, сияние отеческой красоты, родивший Тебя Отец благоволил, чтобы Ты рождал.

Ты – семя Отца, просвещающее скрытое679: ибо Ты – начало космосов, Тебе поручил Родитель низвести формы из [сферы] умного в [земные] тела. Ты мудро правишь небесной колесницей, пасешь стада звезд; Ты – Царь, и Тебе подначальны и ангельские хоры, и фаланги демонов680, и Ты же кружишься в хороводе смертной природы; Ты разделяешь окрест Земли неделимый Дух и вновь соединяешь с Истоком истекшее из Него, освобождая смертных от необходимости смерти.

Прими же милостиво сплетенный Тебе венок681 гимнов, надели гимнопевца безмятежной жизнью. Останови блуждание устьев потоков682, останови гибельные удары волн материи, удали болезни души и тела, усыпи гибельное рвение страстей, отжени бедствия богатства и нищеты; пошли славную молву о моих трудах, сделай так, чтобы прошел обо мне благой слух в народах, пусть буду увенчан я кроткой убедительностью речи, чтобы пожал мой ум досуг без волнений, чтобы не стенал я от земных забот, но из Твоих возносящих ввысь потоков орошал ум рождением [горней] мудрости.


***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН V

Снова свет, снова заря, снова просиял день после приходящего ночью мрака. Воспой же вновь, мое сердце, в утренних гимнах Бога, давшего свет заре, давшего ночи звезды – хоровод, обходящий космос. Бушует материя, эфир окутывает окоём небосвода684, и восходит нежный цветок огня – там, где Луна в блеске славы685 торит свой путь по последнему краю неба. Над восьмым кругообращением звездоносного круга есть лишенный звезд поток, направляющий и ведущий небесные долы686, которые он лелеет в своих недрах, и чье движение – в противоположную сторону тем [существам], которые ведут хоровод вокруг великого Ума, укрывающего седыми крыльями оконечности Царя Космоса. Далее же – блаженная Тишина покрывает неделимое деление умного и умопостигаемого.

Единый Источник, единый Корень! Просияла форма Трисветлого! Ибо там же, где бездна Отца, там же и славный Сын – некое Порождение [отчего] сердца, космотворящая Мудрость, и там же единящий Свет просиял Святого Духа. Единый Источник, единый Корень поднял богатство благ посредством Своего сверхсущего687 Отпрыска688, в Котором кипят породительные порывы. Своим Светом Он пролагает путь наружу свету блаженных удивительных существ, пребывающих в [сфере] сущности, от которых происходит уже и внутрикосмический хор бессмертных царей, воспевающих в гимнах славу умным [существам], и первосеменной эйдос. Близ своих благожелательных родителей войско ангелов, не знающих старости: они то взирают в Ум, сбирая начало красоты, то – глядя на круговращения [звездных сфер] – управляют глубинами [дольнего] космоса, увлекая космос горний с [умопостигаемых] высей к пределам материи, где оседающая природа рождает толпы демонов многошумных и многохитрых. Отсюда же и герои689, отсюда и Дух, разлитый690 окрест Земли и оживляющий земные части многоискусными формами.

Всё это – по Твоей воле; Ты – Корень вещей присутствующих, сущих прежде, сущих после и сущих в возможности. Ты – Отец и Ты – Мать, Ты – Муж и Ты – Жена, Ты – Голос и Ты – Тишина, Ты – Природа, рождающая [нашу] природу, Ты – Царь, Ты – Вечность веков691. Да будет позволено воскликнуть: «Великой Тебе радости, Корень космоса; великой Тебе радости, Центр сущих, Монада бессмертных чисел – царей, сущих прежде и помимо сущности! Великой Тебе радости! Великой Тебе радости, ибо радость – от Бога!

Будь ко мне милостив, приклони ухо к гимнословящим хорам; открой мне свет мудрости, излей на меня славное счастье, излей миро радости безмятежной жизни, уведи прочь от меня нищету и земное зло богатства, отврати от моих членов болезни и акосмичный натиск страстей, скорби сердечные и заботы отврати от моей жизни, чтобы крыло моего ума692 не отяжелело от земных бед. Но чтобы, паря, свободно кружился я в хороводе [блаженных существ] окрест несказанных таинств693 Твоего Отпрыска.


***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН VI

Я первый открыл способ695 воспеть Тебя, Блаженный, Безсмертный, Сын Девы696, Исус Солимский697, так что новыми гармониями зазвучали струны кифары. Будь же благосклонен, Царь, прими музыку священных песен.

Прославим в гимне нетленного Бога, великого Сына Божия, Сына Космосоздателя698, Сына Отца Эонородителя699, Вездесущую700 Природу, Беспредельную Мудрость: Бога для существ небесных, мертвеца для существ подземных.

И было, когда Ты был спущен на землю из недр смертной женщины: многомудрое искусство магов изумилось восходу звезды и встало в тупик: кто этот младенец, рожденный [под такой звездой], кто этот скрытый Бог [кем явит себя в дольней жизни] – Богом, смертным, царем? Ну давайте же, несите свои дары: смирну для погребальной жертвы; золото, чтобы возложить на алтарь; ладан для прекрасного воскурения. Ты – Бог, так прими же ладан; золото я принес царю; смирна пригодится для погребения.

Ты очистил [всё:] и землю, и волны понта, и легкие потоки воздуха – пути демонов, и последние глубины низших миров; Ты – идущий на помощь701 мертвым, Ты – Бог, идущий в Аид!

Будь же благосклонен, Царь, прими музыку священных песен.


***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН VII

В дорическом ладу703 звонкий напев на струнах [кифары], что украшена слоновой костью, вознесу я Тебе, Блаженный, Безсмертный, славный Ребенок Девы.

Ты же сохрани мою жизнь не причиняющей никакого вреда, Властитель; сделай ее недоступной для скорбей и ночью, и днем; зажги в моем сердце пламя от источника умных [существ]; мощью здоровых членов, славой в делах надели мою юность704; приведи годы расцвета к радостной старости, возрасти драгоценный разум вместе со здоровьем.

Сохрани моего брата705, Непреходящий, брата, чьи стопы миновали уж было недавно врата земные; сохрани брата, которого Ты вернул! Мою печаль и стоны, мои слезы и огонь, пожиравший мое сердце, Ты угасил, и даже оживил мертвого ради Твоего, Отец, слуги706. Защити двух моих сестер и обоих их чад. Пусть весь дом Гесихидов найдет убежище под Твоей рукой. И мою супругу, делящую со мной ложе707, сохрани, Царь! Сохрани ее от тяжких трудов, сохрани беззаботной, задушевной708, единомысленной, несведущей в тайных [играх низкой любви]. Пусть святым сохранит она [наше] брачное ложе, всенепорочным, пусть живет без греха, недоступная неправым влечениям.

Пусть же и душа моя, освобожденная от оков земного способа жизни, будет избавлена Тобою от бедствий и жестоких пагуб709. Дай ей возносить гимны вместе с хорами святых710.

Вновь я буду слагать гимны, песню снова спою Тебе, восславлю Твоего Отца и Твое, [о Сын Девы] Блаженный, мужество: быстро настрою для этого свою кифару, не имеющую изъянов.



***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

ГИМН VIII (1)

Тебя гимнословлю, Многолюбимый, Славный, Блаженный, Сын Девы Солимской712; Тебя, удаливший из великих садов Отца коварный силок древнего земного змея, предложившего запрещенный клятвою плод перворожденной девице.

Увенчанный, Славный, Тебя гимнословлю, Сын Девы Солимской.

Ты нисшел до земного; Ты носишь тело, подлежащее смерти, чтобы быть среди существ однодневных; Ты нисшел ниже Тартара, где смерть удерживала мирады народов душ, и содрогнулся тогда древлерожденный старый Аид, и пожирающий народы пёс, <...>713 тяжкоразящий [демон] был удержан на пороге [места своего заточения]. Ты освободил от страданий хоры святых душ, вместе с чистыми фиасами714 вознес гимнословия Отцу.

Увенчанный, Славный, Тебя гимнословлю, Сын Девы Солимской.

Когда Ты восходил, Господи, – убоявшись, обратились в бегство бесчисленные народы демонов, изумился безсмертный хор чистых звезд, просиял эфир, и Мудрый Отец гармоний настроил свою семиструнную кифару715 для музыки триумфального гимна. Улыбнулись [звездный ангел,] Несущий Зарю, вестник дня и золотой Веспер, звезда Киферы716; рогатое сияние огненного потока предшествовало Луне – пастырю ночных богов. И [на скаку] развевалась широкосветная грива Титана717, знающего, что Твои неизреченные следы, о Сын Божий, о Наилучший Мастер, суть начало его собственного огня.

Ты же, раскинув крылья, взошел сверх лазурного свода неба, остановился в чистых сферах умных [богов]: Там, где источник благ, в Небе Молчания; там, где нет ни глубокого потока времени, неутомимо влекущего рожденных землей, ни безстыдных несчастий волнующейся бездны материи, но сама древлерожденная, нетленная Вечность – разом молодая и старая – хранительница и даятельница неиссякаемого бытия718 богов.



***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

VIII (2)

Давай же, звонкая моя форминга720, воспой дорическую оду! После теосской песни и лесбосского напева721 – время более почтенным гимнам. Здесь нет ни любовного смеха невест722, ни юношей в расцвете многожеланной723 младости, но нескверный богорожденный724 плод святой мудрости торопит ради божественной песни ударить по струнам кифары, приказывает бежать от медвяного безумия земной любви.

Что сила725, что красота, что золото, что слава и почести царей в сравнении с думой726 о Боге? Один хорошо правит конем, другой хорошо стреляет из лука, иной охраняет груду имущества – свое золотое счастье, иной гордится ниспадающей гривой – о, пусть споют множество гимнов [прекрасные] отроки и [прекрасные] девы его блестящей персоне!727 А я бы пусть вел безвестную тихую жизнь, невнятную для других, но искушенную728 относительно Бога. Пусть будет моей спутницей мудрость – благо в юности и когда влачишь старость, благо, чтобы властвовать над богатством и чтобы безмятежно сносить бедность. Улыбающаяся мудрость сделает тебя недоступным для горьких забот жизни, если ты имеешь столько, сколько достаточно, чтобы удержаться от соседского амбара, сколько достаточно, чтобы не согнула нужда к черным мыслям. Послушай и песнь цикады, пьющей утреннюю росу.

Но вот мои струны зазвучали сами собой, и некое пение729 раздалось окрест меня. Из богоподобного рождения какая создастся песнь?

Самопроизводящее Начало [сущее благодаря себе], Владыка и Отец сущих, Нерожденный, пребывающий в Вышнем, выше вершин неба, облаченный в неотторжимую славу Бог незыблемо восседает. Святая Генада генад, первая Монада монад730, единящая и рождающая простоту Наивысших в сверхсущих родах; отсюда сама, прянув вперед, посредством первопосеянного эйдоса Монада, неизреченно излившись, обрела трехвершинную731 силу; сверхсущий Исток увенчался красотой детей, которые – вырываясь из Центра – резвятся окрест Него732.

Стой, моя дерзкая форминга, не показывай таинств непосвященным толпам. Ну, давай же, спой о дольних вещах, и да пребудут горние под покровом молчания!

И вот [с этого момента] Ум озабочен уже только новыми мирами. Став благим началом смертного духа, делится неделимый, нисходя в материю, Ум безсмертный, потомок733 Богов Властителей, отпрыск слабый, но Их отпрыск. Он – целый во всё, целый в целое погрузился; круг небесный вращает, сохраняя себя целым в формах, которыми управляет; он присутствует разделенным на части734, он присутствует в [различных] способах управления колесницами звезд, он присутствует в ангельских хорах; он же, отягченный цепями, обрел земную форму, которая, став отделенной от Родителей, привлекла в себя мрачное забвение, которая под влиянием слепых тревог восхити, лась печальной землей – [так поступил] бог, взглянувший [и продолжающий смотреть по сейчас]735 на смертные вещи.

Но все-таки сохраняется некий свет в этих закрытых глазах; и даже у тех, кто пал сюда, есть некая возводящая сила, [являющая себя,] когда – убегая от валов жизни – они беззаботно встают на святые дороги, ведущие к царскому дворцу Родителя. Блажен, кто прожорливой материи избежав лая, в легком прыжке от земли оторвавшись, направит свои следы в Бога. Блажен, кто после судеб, после трудов мучительных, после горьких забот, рожденных земными радостями, вступив на пути Ума, узрел бездну Богосвета736! Трудно простереть всё свое сердце по всей широте крыльев возносящей любви. Но только нерушимо храни порыв – песнями, несущими к Умному, – и явится близко Родитель, простерши к тебе руки. Ибо вырвется сверху некий луч и осветит твои тропы, распахнет умопостигаемую равнину, начало красоты.

Давай же, душа, пей из источника, струящего благо; умоляя Отца о защите, восходи! Не медли! Оставь земное Земле. Слившись с Отцом – бог в Боге – войди в хоровод [богов] сейчас же!


***

Содержание:

*

[Улисс]

61. Гимны Синезия Киренского

Гимн 9

Вспомни Христос, Сын Бога, властвующего в небесах738, о несчастье грешного Твоего раба, писавшего эти [строки]. Даруй мне освобождение от внедрившихся в мою нечистую душу страстей, питающих несчастья. Дай мне видеть, Спаситель Исус, Твое божественное сияние. И тогда воспою я песню Целителю душ, Целителю тел вместе с великим Отцом и Святым Духом.


***

Содержание:

*

[Улисс]

62. Плотин "Эннеады"

V. 1. 1-3. О трех первоначальных субстанциях

1. В чем причина того,
что души забывают Бога-Отца своего?
Почему они, имея Божественную природу,
будучи созданием и достоянием Божьим,
теряют знание и о Боге, и даже о себе?

Причина этого постигшего их зла лежит в них же самих:
в их дерзостном стремлении от рождения,
порыве к обособлению и инобытию,
в их замысле ни от кого не зависеть,
а быть и жить по своей воле -- от себя и для себя.

Как только вкусили они все прелести такого самобытия,
тотчас же дали полную волю
своим прихотливым желаниям,
и став, таким образом, на путь,
противоположный своей изначальной сущности,
постепенно отдалились от Бога
до степени полного забвения того,
что они и творения Его, и Его достояние.

Как дети, которые сразу после рождения
были отделены от родителей,
вскормленные и выросшие на чужбине,
и родителей потом не узнают,
и себя не признают их детьми,
так и души, живя долгое время без созерцания Бога
и без осознания своего к Нему отношения,
теряют, забывая о своем происхождении,
прирожденное достоинство,
прельщаются внешним,
считая его более ценным, чем самих себя,
отдавая ему уважение, любовь и все лучшие чувства,
все более и более порывая связь
со всем высшим, божественным,
отдаляясь от него и отвращаясь с пренебрежением.

Таким образом, почитая и любя чувственное больше,
чем самих себя, души доходят до забвения Бога,
ибо, коль скоро душа избирает
что-либо предметом своего восхищения и искания,
то тем самым она признает это за высшее и лучшее,
а себя –- за низшее и худшее.

Когда же она свыкается с мыслью,
что сама она хуже всего того,
что подвержено рождению и тлену,
что и по достоинству, и по праву на существование
она несравненно ниже всего того преходящего,
которое чтит и любит,
тогда она бывает уже не в состоянии
постичь силу и природу Божества.

Поэтому, если кто-либо пожелал бы помочь людям,
находящимся в столь плачевном состоянии,
то есть постарался бы направить их мысли
в противную сторону
и довести их до высочайшего,
единого и первоначального,
тому пришлось бы, во-первых,
показать им всю ничтожность тех вещей,
которые они так высоко ценят,
и, во-вторых, напомнить о происхождении
и высоком достоинстве души.

Второй пункт должен предшествовать первому,
поскольку, будучи разъяснен,
он прольет свет и на первый.

Потому мы и начнем с него наше исследование,
что от него, прежде всего,
зависит достижение высшего искомого нашей души,
хотя, понятно, для этого она должна вначале познать,
что такое она сама,
обладает ли способностью познавать
и созерцать высочайшее
и, наконец, прилично ли и уместно ей
предаваться такому исследованию.

Если Божественное ей чуждо,
тогда какой смысл могут иметь все её усилия?
Но если Оно родственно ей,
тогда она и может, и просто обязана
постигнуть Его и познать.

2. Вот что, прежде всего, да будет известно всякой душе:
Мировая, универсальная Душа произвела,
вдохнув в них жизнь, все живые существа --

и тех животных, которых кормит земля,
и тех, которые живут в воздухе или в море,
Она же произвела Божественные звёзды и солнце,
да и всю красоту форм необъятного неба,

Она же установила и поддерживает
во всём закономерный порядок.

Но Сама Она совсем иной,
несравненно высшей природы,
чем все то, что Она производит, благоустраивает,
чему сообщает движение и жизнь,

поскольку, между тем как всё это
то нарождается, то умирает,
в зависимости от того,
даёт ли Она жизнь, или отнимает,
Сама Она существует Вечно,
не умаляясь в Своей Жизни.

Каким образом Великая Душа
даёт жизнь всей вселенной
и каждому существу в отдельности,
понять это наша душа может лишь
став достойной такого созерцания,
отрешившись от всякого обольщения теми вещами,
которыми ещё прельщаются другие души,
внутренне сосредоточившись с такой энергией и полнотой,
чтобы в её (души) сознание не вторгалось
и не тревожило её не только тело
со всеми происходящими в нём движениями,
но и ничто окружающее,
чтобы для неё всё смолкло:
и земля, и море, и воздух, и само величественное небо.

И в таком состоянии душа пусть представит себе,
как всё это застывшее, мёртвенно неподвижное Нечто
как бы откуда-то извне пронизывается, наполняется
повсюду распространяющейся Душой,

освещающей эту безжизненную массу подобно тому,
как лучи солнца просвечивают тёмное облако,
золотя его края.

Итак, Душа, нисходя в эту громадную инертную массу,
сообщает ей движение и жизнь и превращает её в мир,
который, вечно движимый Её разумной силой,
стал живым вседовлеющим существом.

Как бы поселившись в мире,
наполнив его Своими животворными силами,
Душа придала ему смысл, ценность и красоту,
между тем как без Неё всё это было бы мертво,
земля да вода, или даже нечто еще худшее --
тёмная бездна и небытие -- нечто такое,
чего, как сказал поэт, ужасаются даже боги.

В ещё более ярком, поразительном свете
открывается природа и сила Души в способах и путях,
коими Она объемлет и устраивает мир
по Своему усмотрению.

Она распростёрта по всей этой неизмеримой громаде
и одушевляет все её части как великие, так и малые,
между тем как части эти находятся то там, то здесь,
одни напротив друг друга,
другие вместе, третьи -– порознь.

Душа же не разделяется и не раздробляется
на части для того,
чтобы оживлять каждую вещь в отдельности,
но всё оживляет, оставаясь целостной, неделимой,
присутствуя во всяком месте нераздельно,
и, таким образом, всегда остаётся подобной
родившему Её Отцу (то есть Уму) как по единству,
так и по универсальности (Она Единородная Дочь).

Вследствие этого, как ни громадна вселенная
и сколь ни велико в ней разнообразие,
но всеобъемлющей силой Души
Она содержится в единстве,

и весь этот мир, благодаря Душе, есть божество,
как равно солнце и все звезды -- божества,
да наконец и мы, люди, по той же причине
представляем собою нечто божественное.

А если так, если сами небесные божества обязаны
Душе своей божественной природой и жизнью,
то понятно, что Сама Она -- Старшее из божеств.

Но и наша душа родственна с Нею.
В самом деле, если ты, удалив из своей души
все прикрывающие её чуждые наслоения,
станешь рассматривать её в её первозданной чистоте,
то увидишь, какое высокое достоинство
имеет истинное её существо
и насколько превосходит она всё телесное.

Ведь без души всё телесное есть лишь одна земля;
но пусть будет это и не земля, а огонь --
всё равно, какой смысл, какую цену
могла бы иметь его жгучая сила сама по себе?

Ничего не выйдет и в том случае,
если присовокупить к этим двум стихиям
еще две -- воду и воздух.

А если так, если всё ценно и вожделенно лишь потому,
что одушевлено жизнью,
то как можешь ты,
забывая о присущей тебе душе,
прельщаться тем иным, что вне тебя?
Раз уж ты во всём прочем
чтишь главным образом душу,
то чти её прежде всего в самом себе.

3. Убедившись таким образом в высоком достоинстве,
в Божественной природе Души,
ты затем можешь веровать,
что с Её помощью достигнешь и познаешь Бога.

Не следует искать Его слишком далеко,
немногое отделяет тебя от Него.
Чтобы возвыситься до Него,
отдайся руководительству самой высшей,
самой Божественной части Души --
той Силы, от Которой происходит Сама Душа
и Которою соприкасается со сверхчувственным, мыслимым миром.

В самом деле, как ни высоко
признанное нами ранее достоинство Души,
Она не более, чем образ Ума.

Подобно тому, как слово, выговариваемое вслух,
являет собой образ внутреннего слова души,
так и сама Душа есть выговоренное слово Ума
или Его осуществленная вовне Энергия;

Она -- Жизнь, истекшая из Него
и образовавшая новую после Него Субстанцию,

подобно тому, как огонь обладает
помимо той латентной теплоты,
которая всегда ему присуща,
еще и теплотой, излучаемой вовне.

Однако не следует представлять себе дело так,
будто Душа, истекая из Ума,
стала совсем вне Его -- нет,
отчасти Она пребывает в Нём,
хотя и составляет иную, отличную от Него Субстанцию.

Так как Она происходит от Ума, то и Сама разумна,
разумность же Свою проявляет в дискурсивном мышлении.

От Ума же, как от Своего Родителя и Воспитателя,
Она получает и всякое совершенство,
хотя, конечно, (при этом) Она не менее совершенна
по сравнению с Ним.

Итак, Душа есть Субстанция, которая происходит от Ума.

И потому, насколько Она отдаётся созерцанию Его, настолько Сама актуально обладает Разумом,
ибо в то время как Она отдаётся такому созерцанию,
Она имеет внутри Себя Самой,
как Свое достояние, всё то, о чём мыслит
и что производит собственной деятельностью.

Строго говоря, только эти
чисто внутренние умственные акты
и свойственны разумной Душе,
между тем как процессы низшего порядка,
каковыми являются, например, страсти,
имеют иной источник, иное начало.

Таким образом, Ум сообщает Душе
высшую степень Божественности
как тем, что производит ее,
так и тем, что всегда Ей присущ,
поскольку между ними нет никакого разделения,
но только различие Сущностей.

А различие между ними,
равно как и взаимоотношение, почти такое же,
как между (мыслимой) формой
и (чувственной) материей.

Роль формы тут, конечно же, принадлежит Уму,
но зато и материю Он имеет прекрасную,
поскольку Она разумна и проста.

Однако, как должен быть велик Сам Ум,
если Он больше и выше Самой Души!


***

Содержание:


*

[Улисс]

62. Плотин "Эннеады"

V. 1. 4-6. О трех первоначальных субстанциях

4. Дойти до ясной и живой мысли
о Его величии можно еще и вот каким путем:
кто способен наслаждаться
великолепием и красотой мира,
наблюдая строгий порядок его вечного движения,
созерцая видимые и невидимые небесные божества,
ангелов, всяческие роды и виды животных и растений,
тот пусть, оторвавшись от созерцания,
вознесется мыслью выше всего этого
к самому первообразу этого мира,
к миру истинно-сущему --
и там он увидит сверхчувственные, разумные сущности,
обладающие жизнью вечной и совершенной,
и над всеми ними царствующий Ум
и настоящую неизреченную Премудрость (Его).

Тут он очутится в истинном Царстве Кроноса,
который, по этимологии Своего Имени,
есть не что иное, как Ум и Полнота Божества.

В самом деле, Ум этот объемлет
и содержит в Себе все бессмертные сущности:
всяческий разум, всяческое божество, всяческую душу,
и все это в Нём вечно и неизменно.

Да и почему бы Ум стал изменяться,
когда Он всесовершенен?
Куда и зачем он стал бы удаляться,
когда Он имеет всё в Самом Себе?

Зачем Он стал бы искать какого-либо приращения,
когда Сам обладает всей полнотой совершенства?
Такое полнейшее совершенство Его проистекает из того,
что Он содержит в Себе лишь одно всесовершенное
и ничего несовершенного, и притом ничего такого,
что не было бы Его собственной Мыслью;

мыслит же Он то или другое вовсе не потому,
что хочет это, доселе неизвестное, познать,
но потому, что всё в Себе же всегда имеет.

Равным образом и блаженство Его не акцидентальное,
чередующееся во времени,
поскольку Он обладает им от вечности,
да и Сам есть Истинная Вечность,
тогда как время, этот движущийся образ вечности,
начинается лишь за пределами Ума --
в области (творчества) Души (и Ума нисходящего в Ней).

Деятельность Души (в развёртывании миров),
конечно, подчинена временной последовательности,
так как Она (творит) обусловленный хронологией
мир воздействия внешних вещей:

вот почему Душа в один момент
представляет Сократа, в другой -- коня,
и вообще, в каждый отдельный момент --
лишь одну какую-либо вещь.

Но (Изначальный) Ум содержит в Себе
всегда всё в неизменном тождестве,
Он всегда только есть, но не бывает (в прошлом),
для него существует одно только настоящее,
но нет ни будущего,
так как и до наступления будущего всё в Нём уже есть,
ни прошедшего,
так как Его эйдосы не проходят, как моменты времени,

но существуют в вечном недвижимом настоящем --
неизменные, тождественные,
довлеющие самим себе тем, что они суть,
притом так, что каждый из них есть
и мыслимое, и сущее,

а все вместе составляют один Универсальный Ум
и одно Универсальное Бытие.

Ум существует, как Ум, насколько Он мыслит сущее,
а сущее существует, как бытие, насколько оно,
будучи мыслимо, даёт возможность
Уму мыслить и существовать.

Но понятно, что причина того и другого вместе,
из которой проистекает мышление мыслящего
и бытие существующего,
должна быть иная, отличная от них обоих,

и так как оба они, хотя и даны всегда совместно и нераздельно
и одно без другого быть не может,
но всё же представляют собою двойство,
то общее их начало должно стоять выше этого двойства
и представлять собою чистое Единство.

Правда, что и в этом двойстве есть единство,
потому что Ум есть вместе
и сущее, или мыслящее, и мыслимое.

Он есть Ум, насколько мыслит,
а сущее, насколько Он есть также и мыслимое;

но, с другой стороны, если мышление
невозможно без этого тождества,
то оно также невозможно и без различия
между мыслящим и мыслимым.

Таким образом, первыми, самыми высшими родами сущего
должны быть признаны следующие:
бытие, ум или мышление, тождество и инаковость, или различие.

К ним следует присовокупить ещё движение и покой --
покой, как условие или выражение тождества,
а движение, как условие и выражение деятельности мышления,

которое, как было сказано,
предполагает различие мыслящего субъекта и мыслимых объектов,
без которого оно, на почве чистого единства и тождества,
было бы невозможно.

При этом и сами мыслимые элементы
должны быть отличны друг от друга,
хотя в то же время, конечно,
они должны иметь между собой и нечто одно общее;

это общее им всем состоит в том,
что все они находятся в одном мыслящем
и составляют с ним одно,
хотя и отличное от него, но неотдельное.

Множественность элементов мышления
дает категорию количества и числа,
а их разнообразие -- категорию качества.

Из этих начал, или самых высших категорий,
происходят затем все последующие, все роды и виды вещей.

5. Итак, вот какое Великое Божество осеняет Душу свыше,
и с Ним Она всегда связана
через названные сейчас начала мышления --

и Она Сама (не может) порвать эту связь,
(потому что является частью этого мышления
и без Ума перестаёт быть Душой).

Когда же, сосредоточившись в Себе и став Сама Единой,
Она приближается к этому Божеству (Ума),
то естественно спрашивает Себя,
кто же Тот, Кто породил Его (Ум)?

Конечно, Он есть уже простой,
предшествующий всякой множественности,
источник и бытия Ума, и содержимой Им множественности,
Он есть то Единое, от которого происходит и всякое число,
ибо и число не есть нечто первоначальное,
так как даже двоице предшествует один.

Двоица занимает второе место,
так как получает определенность от одного,
сама же по себе без него не может иметь ни бытия,
ни определенности;

став же через него определённой,
она, конечно, есть число,
и даже субстанциальное число
(то есть Ум -- двойство бытия и мышления,
мыслящего и мыслимого);
а потом уже и Душа -- число.

Ведь плотные массы и пространственные величины,
подпадающие нашему чувственному восприятию,
вовсе не есть нечто первоначальное,
но производное, вторичное,

потому что если, например,
взять семенные зачатки существ,
то главная их сущность заключается вовсе
не в количестве влаги,
а в том, что невидимо, а именно --
в присущей им численной пропорции
и разумосообразной форме.

Итак, там, в сверхчувственном мире,
двоица и всякое число суть не что иное,
как Ум и его эйдосы,

причем неопределенное двойство
может быть принимаемо за субстрат или материю,
между тем как всякое определенное число,
происходящее от присоединения к ней
определяющего одного,
будет особым видом или эйдосом Ума,
так что все эйдосы Ума
могут быть представлены как формы,
образующиеся под воздействием Единого.

В самом деле, Ум образует эти формы частично
в зависимости от Первоединого,
частично же сам,
подобно зрению в акте наблюдения,

потому что и мышление -- не что иное, как созерцающее зрение,
причем созерцающее и то,
посредством чего осуществляется созерцание.

6. Но каким образом, кого и что созерцает Ум?
Как Он произошел от Первоединого
и какова Его природа, что Он может созерцать?

Поскольку теперь нашей душе ясно,
что Оба эти Начала необходимо должны существовать,
то ей также желательно решить и те проблемы,
которые ставились и решались уже древними мудрецами,

а именно: если Первоединое таково,
каким Оно мыслится в известном положении: "единое есть",

то, спрашивается, каким образом
от Него получило бытие двойство,
всякое число, множество вообще?

Почему не пребывает Оно Само в Себе,
в Своём чистом Единстве,
но допустило, чтобы проистекало от Него
всё то необходимое множество и разнообразие,
которое видим мы в существующих вещах
и которое вновь возводится к Нему,
как к Единому началу?

Прежде чем мы попытаемся дать ответ на этот вопрос,
обратимся к Богу,
но призовём Его не словами, но душой,
вознеся себя к Нему на молитву.

И в этой молитве мы предстанем
перед Ним лицом к лицу, один на один,
ибо Он есть Единый и Единственный.

Чтобы узреть Первоединое,
нужно войти в самую глубь собственной души,
как бы во внутреннее святилище храма,
и отрешившись от всего,
вознесшись превыше всего в полнейшем покое,
молчаливо ожидать,

пока не предстанут созерцанию
сперва образы как бы внешние и отражённые,
то есть Душа и Ум,
а за Ними и Образ внутреннейший, первичный,
первосветящий -- Первоединое.

В переводе на язык дискурсивного мышления
это означает следующее:
всякое существо, находящееся в движении,
всегда имеет ту или иную цель,
к достижению которой движется или стремится;

и наоборот, у существа, не имеющего такого рода цели,
мы не можем и не должны предполагать
никакого движения или изменения,

так что если от такого существа происходит все прочее,
то и при этом оно не выходит из себя,
но остаётся обращённым всецело к себе одному,
в себе сосредоточенным, самому себе тождественным.

Так как у нас речь идет о вечно сущем сверхчувственном,
то тут не должно быть места для мысли
о происхождении во времени,

и если мы всё же говорим о происхождении,
то этим хотим лишь показать отношение порядка и зависимости.

Рождающееся от Первоединого, рождается так,
что Первоединое при этом остается неподвижным,
поскольку, в противном случае, --

то есть, если бы Оно родило посредством движения, --
рождённое Им было бы не Второй (то есть Умом),
а Третьей субстанцией (то есть Душой).

Итак, Первоединое производит Вторую субстанцию,
Само оставаясь без движения,
то есть, не будучи понуждаем(о) к этому
никаким чувством, никаким волевым актом,
вообще никаким изменением.

Но как можно представить это рождение Ума
от столь неподвижной, неизменной причины?

Ум, рождающийся от Первоединого,
подобен как бы истекающему от Него Свету,
в то время как Сам Источник от этого
нисколько не изменяется и остается в покое.

Таким же образом и другие вещи, оставаясь неподвижными,
производят из собственного существа вовне разные явления,
которые могут рассматриваться как образы производящей их силы,
которая и есть их первообраз.

Так, например, огонь распространяет
вокруг себя тепло, лед и снег -- холод;
самым лучшим примером могут служить
разные благовонные вещества,
распространяющие вокруг себя запах,
ощущаемый всеми, кто находится поблизости,
и которым пропитывается всё рядом лежащее.

Да и всё в мире,
достигая своей зрелости и совершенства,
часто производит что-нибудь другое.

А из этого следует заключить,
что Существо Вечно Всесовершенное
и рождает вечно, притом Вечное
(и нисколько не уступающее Ему
по степени совершенства.)

Разве можно допустить,
что от обладающего Высочайшим Совершенством Существа
ничто не рождается?

Конечно, нет, конечно, рождается,
притом рождается то,
что (иерархически) после Него есть наиболее совершенное,
и такое Самое Совершенное после Него существо
есть Второе начало -- Ум,
который отличается тем,
что созерцает Первоединого и нуждается в Нём --
только в Нём Одном,
между тем как Тот не нуждается ни в ком.

Рождённое началом Высшим, нежели Ум,
не может быть ничем иным, кроме как Умом,
поэтому после Первоединого Ум --
наиболее Совершенное Существо,
превосходящее все другие существа,
стоящее выше их всех.

Сама Душа есть лишь Слово и акт Ума,
равно как и Ум есть Слово и акт Первоединого,
с тем, однако, различием,
что Душа есть Слово ясное, (в Чувстве выраженное,
Жизни всеобъемлющей, и) понятное.

Будучи образом Ума, Душа должна созерцать Его,
чтобы быть разумной,
равно как и Ум должен созерцать Первоединого,
чтобы быть Умом.

Однако, когда мы говорим,
что созерцание Ума обращено к Первоединому,
это означает не то,
что Ум существует отдельно от Первоединого,
но только то, что Он отличается от Того, как Второй от Первого.

Между Первоединым и Умом нет ничего разделяющего,
точно так же, как нет ничего разделяющего
между Умом и Душой.

Это связано с тем, что всякое рожденное существо
дышит любовью к родившему и стремится к единению с ним.

Понятно, что так должно быть
в гораздо высшей степени в том случае,
когда Родивший и Рождённый суть Одни Единственные в мире.

А когда, вдобавок к этому,
Родивший обладает высочайшей степенью всякого Совершенства,
тогда Рождённому естественно быть с Ним всегда
в таком тесном внутреннем единении,
при котором может идти речь только об Их различии,
но никак не о разделении.


***

Содержание:


*

[Улисс]

62. Плотин "Эннеады"

V. 1. 7-8,10. О трех первоначальных субстанциях

7. Ум, сказали мы, есть образ Первоединого --
теперь это следует прояснить.

Это значит, прежде всего,
что если Ум родился от Существа Первоединого,
то имеет в Себе многое от природы Отца
и есть подобие Его,
как свет есть подобие солнца.

Однако, если Первоединое не есть Ум,
то каким же образом, спрашивается,
рожденный Им становится Умом?

Не так ли, что Он, будучи всегда обращен к Отцу,
созерцает Его?
Это Его созерцание и есть Ум.

В самом деле, созерцать или воспринимать
что-нибудь можно или ощущением, или умом.

Чувственное созерцание можно сравнить с линией,
а умное -- с кругом,
с тем, однако, ограничением,
что круг делим на части,
между тем как Ум неразделим.

Но, будучи единым,
Ум в то же время есть реальная потенция всего,
и насколько Мысль Его выделяет
из этой потенции все те вещи,
которые Она может произвести, и созерцает их,
настолько Сам Он есть Ум,
а иначе Он и не был бы Умом;

это сознание Ума о том,
что и сколько производят присущие Ему силы,
составляет, можно сказать, Само Его Существо.

Таким образом, Ум Сам из Себя
производит и определяет Свое Существо,
однако делает это при помощи той силы,
которую имеет от Отца (Первоединого):
Он знает, что и Сам Он -- как бы одна из частей
в необъятном бытии Первоединого,
что от Него имеет все Свои Силы,
всё своё существо и все совершенства,
знает, что от Единого и нераздельного получает всё то,
что в Нём Самом имеет уже вид как бы разделенности:
и Жизнь, и Мысль, и всё, получает,
несмотря на то, или именно потому,
что Первоединое Само ничего этого не имеет.

От Первоединого всё происходит в том смысле,
что Первоединое Само не имеет
ни одной из определённых форм бытия
и есть только Единое (или является только Единым),

между тем как Ум есть именно виновник
определенности бытия для всего сущего.

Таким образом, в Первоедином нет ни одной
из сущностей, содержащихся в Уме.

Оно только их Первоначало,
в Уме же они становятся сущностями,
поскольку от Него каждая получает
определенность и форму,

ибо истинно-сущее должно быть мыслимо
не как нечто неопределенное, колеблющееся,
но как бытие, очерченное границей,
имеющее твёрдую устойчивость.

Устойчивость же для умопостигаемых (ноуменальных)
сущностей состоит в той определенности и форме,
в которой каждая имеет своё бытие.

Итак, этот Ум, в высшем смысле слова Чистейший,
мог произойти только от Первого начала
и вместе со Своим рождением
должен был произвести всё сущее, всю красоту эйдосов,
все эти ноуменальные божества,
ибо Он от начала полон теми сущностями,
которые производит;

Он их как бы поглощает в том смысле,
что содержит их в Себе, не допуская,
чтобы они ниспали в область материи
и чтобы их кормилицей не стала Рея.

Эту мысль выражают мистерии и мифы:
Кронос, говорится, мудрейший из богов,
произошел раньше Зевса и пожрал своих детей;

тут под Кроносом следует понимать Ум,
Который содержит в Себе
все рождённые эйдосы и полон ими.

Затем прибавляется: "когда же Зевс возмужал,
то и он родил".

Конечно, именно так: совершенный Ум
не может оставаться бесплодным уже потому,
что совершенен -- и Он действительно рождает Душу.

И тут опять рождаемое должно быть
менее, чем рождающий, должно быть лишь образом его;
само по себе неопределенное,
оно получает определенность и форму от того начала,
которое его рождает.

Непосредственно рождаемое Умом есть разум,
сущность и бытие которого составляет
дискурсивное мышление.

Этот разум как бы вращается около Ума
и представляет собою свет,
который лучами истекает от Ума и Его окружает,
словом есть образ Ума.

Следовательно, Душа, с одной стороны,
тесно связана с Умом,
в Нём участвует (является Его частью),
Его воспринимает и Им наполняется,
а с другой -- производит вещи низшего порядка
и связана с ними;

все вещи, Ею производимые,
гораздо менее, чем Она Сама, как это мы покажем ниже.
Душой оканчивается мир высочайших божеств.

8. Платон тоже признавал тройственность
в мире истинно-сущего.

Он говорит: "все существует вокруг царя всего",
имея в виду Первый, самый высший порядок сущего,

а затем прибавляет: "Второй порядок
расположен около Второго начала
и Третий -- около Третьего".

Он же называет Бога Отцом причины,
понимая под причиной Ум,
Которому он отводит роль Демиурга
и Который, по его словам, образовал Душу
из смеси в Чаше.

Отождествляя причину с Умом,
Платон Отца причины называет высочайшим благом,
под которым понимает самое высшее начало --
высшее дело Ума и бытия.

Вместе с тем он часто определяет идею
как синтез мысли и сущности.

Итак, по учению Платона, от Блага рождается Ум,
а от Ума -- Душа.

Доктрина эта не нова -- она принадлежит
отдаленной древности,
пускай и в зачаточном, неразвитом виде,

и мы в своём исследовании ничего более не желаем,
как только истолковать её
и подтвердить свидетельствами Платона,
что учение древних было близко нашему.

10. Итак, мы доказали, насколько доказательство
возможно в подобных вопросах,
что выше сущего стоит Первоединое
и что второе после него место занимает сущее и Ум,
а третье -- Душа.

Но если так, то Они должны быть присущи
и нашей природе.

Мы далеки от мысли, что Они находятся
также и в чувственном мире -- нет,
Они существуют отдельно от него, вне его,
и подобно тому, как тут они вне тверди небесной,
так и в нас, по выражению Платона,
они составляют особого внутреннего человека.

В самом деле, наша душа
имеет в себе нечто божественное --
она совсем иной природы,
чем всё чувственное, именно такой же,
как и мировая Душа.

Душа совершенна, когда обладает разумом,
разум же бывает двоякий:
или осуществляющийся в дискурсивном мышлении,
или такой, который служит основой такого мышления.

Дискурсивный разум нашей души
не нуждается для мышления
ни в каком особом телесном органе;

в своей деятельности он остается чистым
(то есть не принимает в себя никакой чувственной примеси)
и потому способен к чисто абстрактному мышлению.

Поэтому, если кто-либо,
представляя его отдельно от тела
и безо всякого смешения с чувственностью,
отнес бы его к числу ноуменальных сущностей
первого порядка, тот не впал бы в погрешность.

Его не следует представлять себе
помещающимся в каком-нибудь месте -– нет,
так как он не смешан с телом
и в себе ничего телесного не содержит,
то он не связан ни с каким местом
и может существовать бестелесно сам по себе,
сверхчувственным образом.

Потому-то Платон, говоря,
что "демиург распростер Душу вокруг мира",
хотел этим сказать,
что Душа некоторой своей частью
пребывает и в сверхчувственном мире.

Да к о нашей душе он говорит,
что она "голову свою скрывает в небесах",
а кроме того, часто советует отделять душу от тела,
имея в виду, конечно, не местное,
самой природой установленное отделение,
а желая выразить мысль о том,
что душа не должна отдаваться
и подчиняться телесному и фантомам воображения,
дабы не стать совсем чуждой ума,
но, напротив, должна всячески стараться
поднять до степени сверхчувственного
даже и ту свою низшую часть,
которая связана с чувственностью,
и которая в качестве пластической созидательной силы
занята образованием тела
и управляет всеми его функциями.

***

Содержание:

*

[Улисс]

62. Плотин "Эннеады"

V.1. 11,12. О трех первоначальных субстанциях

11. Так как разумная душа имеет суждения
о справедливом и прекрасном, --
такой-то предмет признает прекрасным,
такое-то действие –- справедливым, --
то это значит, что ей присущи
неизменные нормы справедливости и красоты,
которыми руководствуется дискурсивное мышление.

А так как наша душа не всегда
судит о справедливости и красоте,
то необходимо, чтобы мы,
помимо рассудочного мышления, обладали еще и умом,
который и без рассуждения обладает
идеей справедливости и красоты.

Наконец, нам должно быть присуще начало Высшее,
нежели ум, его причина, Сам Бог,
Единый и Нераздельный, Сущий не в пространстве,
но в Самом Себе,
который созерцается во множестве существ,
в большей или меньшей степени способных воспринять
и отображать Его в себе,

но Который отличен и обособлен от всех них подобно тому,
как центр круга остается сам по себе,
между тем как множество радиусов
со всех точек периферии сходятся к нему.

Таким образом, Высшей частью нашей души
мы соприкасаемся с миром Божественного,
там соприсутствуем, имеем с ним связь;

мы можем утвердиться там и насовсем,
если всей душой будем туда стремиться.

12. Однако, если нам присущи эти столь Высокие начала,
то спрашивается, почему мы часто не замечаем их
и не пользуемся их энергиями?

Есть ведь и такие, кто и вовсе ими не пользуется;
а, между тем, все эти Начала всегда
остаются при Своих Энергиях –-
и Ум, и То, ещё более Высокое начало,
Которое всегда заключено в Самом Себе,
и уж тем более Душа, Которая, кроме того,
находится в непрерывном движении.

Но ведь не всё, что происходит в нашей душе,
замечается нами, а лишь то,
что, вызвав ощущение, становится ощутимо;

когда же действие той или иной горней энергии
не поддаётся ощущению,
оно, понятно, не сообщается всей душе,
и мы не сознаём его, поскольку,
измеряя всё ощущением, забываем,
что состоим не из одной этой части, но имеем целую душу.

Каждая из сил души выполняет свою функцию сама по себе,
сознаются же они лишь тогда,
когда между ними устанавливается связь,
имеющая своим следствием восприятие.

Поэтому, если кто-либо хочет иметь
ясное представление о том,
что он есть и что происходит внутри него,
тот должен туда устремить все свои взоры, всё своё внимание.

Кто желает ясно слышать что-либо,
тот навстречу этому направляет и напрягает свой слух,
отвращая его от всех других звуков.

Таким же образом и мы должны отстранять от себя
по возможности всё то,
что вторгается через внешние чувства,
чтобы сохранить чистой и впечатлительной
способность нашей души слышать
и воспринимать голос, идущий Свыше.


***

Содержание:

*

[Улисс]

Нашёл серьёзную ошибку. Наверно, нужно править или переписывать....

viewtopic.php?f=188&t=5342#p216017

**